Царица

Я старательно изобразила что-то среднее между полупоклоном и книксеном. Для создания благоприятного впечатления не мешало бы еще и уважительно добавить имя, но тут внутренний голос дал сбой, забормотав растерянно и невнятно… господин… э-э-э… э-э-э… господин… Я поняла, что с вежливым обращением вышел облом, и в качестве компенсации добавила подобострастия во взор.

– Рад познакомиться, Регина, – доброжелательно откликнулся шеф шефа, – наслышан.

Он смотрел прямо и спокойно, вовсе не изучающе, но я совершенно отчетливо поняла, что он в какие-то секунды заметил, проанализировал и запомнил во мне все, начиная с кончиков кожаных туфель и заканчивая бриллиантами в ушах. С тоской припомнилось, что меня тоже когда-то учили моментально схватывать все детали и при этом не шарить глазами по объекту.

Боюсь только, что в суматохе последних дней я все свои рабочие навыки подрастеряла. И, кстати, о бриллиантах… При этой мысли я заволновалась. Ну вот, дурочка, нацепила цацки, захотелось выглядеть достойно! Теперь начальство подумает, что платит мне слишком много или что я живу не по средствам, объясняй потом, что это подарок семьи!

– И я очень рада, – произнесла ответную любезность.

Хотела даже добавить, какая это высокая честь для меня, но решила не перегибать палку. Тут бы удачно обратиться к нему по имени-должности, но шеф шефа сам так и не назвался, и, вероятно, по тем же причинам, что и Березин: то ли не хотел публичности, то ли был уверен, что начальство и так все знают если не в лицо, то уж по имени и фамилии точно.

– Очень рада, – душевно повторила я, стремясь теплотой тона замаскировать пробел в информации.

Шеф шефа неторопливо перевел взгляд на Березина, и я расслабилась: дергаться поздно, он меня уже систематизировал и свои выводы сделал. Тут внутренний голос пришел в себя и противно загундел о том, что надо было в свое время уделить руководству больше внимания и вызубрить все имена, должности и звания. Я слабо отбивалась: мол, своего начальника я знаю и самого главного тоже, а заместителей у него целых пять штук, что ж теперь, всех запоминать?! Тут я покосилась на стоявшего рядом мужчину и, крякнув, была вынуждена признать, что этого можно было бы и запомнить: очень уж симпатичный. Что ж, видно, не сделать мне карьеру в нашем ведомстве. Впрочем, я начала это подозревать еще с тех пор, как увлеклась стрельбой из левой руки и дружбой с вампирами, хоть и бывшими.

– Полковник докладывал о ваших успехах, – между тем заговорила так до конца и не установленная мной вышестоящая личность. – А что вы сами о них думаете?

Я вздрогнула и попыталась сохранить приятное выражение лица. Лично я вообще сомневалась, что происходящее со мной можно назвать успехом.