Целитель и сид

Проверила пульс, как учили в Рэнсе, — тонкий и «скользкий», но не быстрый и спокойный. Она потеряла сознание на нервной почве, такое бывает. С ребенком тоже все было в порядке.

Я достала нюхательные соли, приоткрыла флакон около носа девушки и тут же закрыла. Амелия застонала и открыла глаза. Затем я стала растирать ее ладони, попутно вливая силу Жизни. Тут, главное, не переборщить, а то вместо успокоительного эффекта получим очередную истерику.

— Ма-ма… — прошептала девушка, открыв глаза.

К ней кинулась Герцогиня.

— Все будет хорошо. Как ты себя чувствуешь? — спросила она, склонившись над дочерью. В это время я имела возможность рассмотреть герцогиню получше. Искусственное освещение скрадывало ее возраст. Я невольно залюбовалась.

Молва не лгала. Вот от кого ее дочь получила свою красоту. Те же безупречные черты: идеальный овал лица, большие серые глаза и четко очерченные губы, не нуждающиеся в краске. Только свои волосы она скрыла под черной вдовьей накидкой из чистейшего шелка. Идеальная фигура от шеи до пят скрыта в платье зеленого бархата. Из украшений — только невиданное ожерелье с одним крупным изумрудом.

Но если у дочери красота была нежной, то у Герцогини — напоминала остро отточенный клинок. Также говорили, что Ламарой фактически правила она, в то время как ныне покойный Герцог только подписывал указы, подсовываемые ему советником, и проводил время в карательных походах на степняков.

— Если я больше не нужна, позвольте помочь другим раненым, госпожа, — обратилась я к ней с легким поклоном.

— А как же моя дочь?! Кто поможет ей?

— У нее заболевание скорее нервного свойства. Думаю, ничего страшного не случится…

Я уже поднималась, чтобы удалиться, как вдруг заработала удар по щеке. Это было несколько неожиданно, и я не успела среагировать. Щека загорелась от пощечины, а в голове зазвенело.

— Да как ты смеешь, девка! — она снова замахнулась. На сей раз я перехватила ее руку за запястье раньше, чем она коснулась меня. Внутри меня разгорался гнев.

— Я это запомню, — сказала я. Я ей не подданная, чтобы безропотно терпеть такое. Темная Сила пульсировала внутри, как змея, готовая к броску. Я отпустила руку Герцогини, опасаясь худшего. — Будем считать, что в вас сейчас говорит мать. Но, тем не менее, я должна помочь тем, кто в этом больше нуждается.

Я развернулась к Сиграну.

— Господин наместник, распорядитесь дать больной теплой воды с медом. И… скажите, как только прибудет целитель из города, чтобы не давал ей ничего без проверки. В ее… положении не все может быть полезно, — сказала я. Этикет и фанаберии в сторону. Для меня гораздо важнее состояние пациентки и ее еще не рожденного ребенка.

Судя по тому, как расширились глаза Сиграна — не знал.