Целитель и сид

— Да только кто из магов Жизни возьмется возиться с мертвецом?

— А вы бы могли? Насколько мне известно, вы вылечили кота-зомби.

— Сейчас — нет, я не в том состоянии. А что с картинами?

— Это вещественные доказательства. Нужно, чтобы жрецы Двуликой отпустили Искры к Источнику.

Как поэтично… сказал бы, развоплотили, и дело с концом. В принципе, просто сжечь картины было бы достаточно, чтобы отправить всех убитых в мир иной.

— Это тоже улика. Я забираю его.

Что? Этого нельзя допустить! Моя жизнь сейчас зависит от этой картины.

— Вы понимаете, что там моя Искра? — спросила я Суэрте.

— Не может быть! И как же вы сидите здесь, живая и здоровая? — удивился он.

— Вот так… наполовину тут, наполовину там. Если я смогу вернуть Искру, то попробую восстановить горло Ойну. Как вам такой вариант? — начала торговаться я.

Однако Суэрте, почуяв, насколько важна для меня картина, словно сделал стойку.

— В принципе, это несущественно. Преступник мертв, так или иначе. Но вы бы могли помочь мне и Герцогству несколько иначе.

Суэрте прикрыл дверь и опустил засов, отрезав нас от снующих в коридоре людей.

— Пообещайте, что все сказанное мной в этой комнате не выйдет за ее пределы.

— Вы владеете «базовым восстановлением». Есть подозрение, что одного важного человека подменили, заменив двойником. Сходство настолько велико, что даже его жена обманулась. Некоторые скрытые приметы могли подделать. Он был любовником Маред.

— Предположим, я это сделаю. И что дальше?

— Не все так просто. Нужно будет подобраться к нему поближе. Вы неизвестны при дворе. А он весьма охоч до женщин. Любое новое лицо при дворе вызывает его интерес.

— Как вы смеете! — я готова была взорваться от ярости.

За кого он меня принимает? Я не невинная дева, но и не шлюха, тем более на жалованье у государства. Темные волны вздымались внутри, отбрасывая тени по углам. Я готова была высосать до дна его Жизнь… это отрезвило меня.

— Нет-нет, вы все не так поняли…

Впервые на его невозмутимом лице мелькнули эмоции.

— А как вас понимать, господин Суэрте? Вы выбрали не тот способ и предмет, чтобы вести переговоры. Тут два варианта. Я получаю картину и делаю то, что вы сказали, а потом ничто не мешает мне «отблагодарить» вас по-своему. И другой.

Можете оставить картину себе, а я бросаю ремесло целителя и учусь на некроманта. Пожалуй, я выберу второй вариант, но шлюхой никогда не стану.

— Не надо горячиться, госпожа Твигги. Ваши учителя тоже во многом зависят от меня.

— Кажется, мы так и не придем к общему знаменателю, — сказала я и поднялась с намерением выйти из комнаты.

— А если я отдам вам картину безо всяких условий? — донеслись мне вслед слова Суэрте.

При этих словах я остановилась.

— И в чем подвох? — обернувшись, спросила я.

— Ни в чем.