Жестокие игры в любовь

Потому что переодеться надо было в красный топ, который мало чем отличался от бюстгальтера, и красную юбочку, расклешённую и очень короткую. Настолько короткую, что она вряд ли хоть что-нибудь там прикрывала.

— А нельзя в своём? — спросила она, растерявшись.

— С ума сошла?

— Но я не могу в таком виде… на людях…

— В каком таком? Это обычный спортивный топ, — злилась на неё женщина-менеджер. — Что за трепетную лань мне прислали? Почему я должна капризы выслушивать? Раньше надо было вставать в позу, а не в последний момент! Что сейчас делать прикажешь? Мне вместо тебя идти?

Женщина была в возрасте и сильно в теле, так что другие две девушки, которые уже переоделись и, к слову, чувствовали себя вполне комфортно, не удержались и прыснули.

Но под суровым взглядом менеджера сразу примолкли.

— Да, правда, что такого-то? — сказала ей одна из них. — Ты как будто не из Москвы, а из монастыря. Тебя же не в нижнем белье туда гонят.

Мика, поколебавшись, всё же переоделась в предложенный костюм. На деревянных ногах проследовала за другими в холл торгового центра, посреди которого на постаменте красовался новенький автомобиль с огромным золотым бантом на капоте.

Возле этого постамента им и полагалось позировать до самого розыгрыша. А это целых четыре часа!

Те две девушки сразу вошли в роль. Они вставали то так, то этак. Принимали соблазнительные позы, то подогнув ножку, то опершись о капот, и призывно улыбались."

"Мика же чувствовала себя ужасно. Так стыдно было, будто она на центральной площади голая. И уж, конечно, там не до поз было. Она и улыбку-то еле из себя вымучивала. Хотя, справедливости ради, проходящие мимо люди смотрели на них вполне буднично, никто пальцем не показывал, никто не приставал.

Ну разве что подмигивали некоторые или улыбались в ответ. Ну и пару раз попросили с ними сфотографироваться.

Постепенно она всё же стала расслабляться, уповая на то, что торговый центр находился в другом конце города. Вряд ли сюда кого-то из знакомых или соседей занесёт.

Спустя пару часов девушки-модели сказали ей:

— Мы пойдём покурим. И воды купим. Минут десять-пятнадцать нас не будет.

Она кивнула:

— Да, конечно.

Хотя одной стало опять не по себе. Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать — девушки всё не возвращались.

Мика с раздражением всматривалась в людей, поджидая их. И… вдруг напоролась на ответный взгляд. Прямо на неё шёл Колесников.

48

Мика с раздражением всматривалась в проходящих людей. Сколько можно курить и ходить за водой?

И… вдруг напоролась на ответный взгляд. Словно на преграду налетела. Сердце панически дёрнулось и лихорадочно заколотилось у самого горла.

Прямо на неё шёл Колесников. Неумолимо приближался и тоже глаз с неё не сводил. Удивлённых глаз, даже ошарашенных.