Жестокие игры в любовь

Тот дёрнулся, взмахнул длинными руками, но коротышка успел отскочить на безопасное расстояние и, сгибаясь пополам, ухохатывался. Долговязый не стал его ловить, а громко, на весь школьный двор обматерил его ломающимся басом.

Лёша бросил на Мику быстрый виноватый взгляд. Она подавила улыбку. Какой всё-таки этот Лёша забавный и милый…

Неугомонный коротыш начал доставать ещё кого-то, но тут чуть не выхватил подзатыльник. Резко метнулся назад, как раз когда Мика и Лёша поднимались по ступеням, и чуть не налетел на них. Лёша вовремя прихватил его за пиджак.

— Потише, Жоржик, — цыкнул на него.

Тот хотел что-то ответить, но, увидев Мику, застыл с приоткрытым ртом. Тут уже и остальные парни её заметили, расступились, повернулись к ним, глядя на неё с нескрываемым любопытством.

— Лёха, — наконец прорезался голос у мелкого, — мы про тебя чего-то не знаем?

— Ты, Жоржик, про меня вообще ничего не знаешь, — добродушно сказал Лёша, пожимая парням руки. — Пацаны, это Мика. Микаэла, будет учиться в нашем классе.

— Новенькая? — присвистнул Жоржик.

Не обращая на него внимания, Лёша представил ей остальных:

— Костян, Гарик, Дэн, Тоха…

Мика приветливо им улыбнулась, понимая, что не запомнила ни одного имени. Ничего, ещё успеет всех узнать.

— А ты к нам откуда? — не отставал Жоржик.

— А это Женька Колесников, — кивнул Лёша на последнего парня, стоявшего чуть в стороне от всех, привалившись плечом к колонне и спрятав руки в карманах.

Мика повернулась к нему с вежливой, но вполне искренней улыбкой и… почувствовала, как эта самая улыбка застыла на лице дурацкой гримасой. Как? И он здесь?

Это был тот самый парень, которого она видела во дворе полторы недели назад. Тот, который больше всех подтянулся на турнике. Тот, который наблюдал за ней. Он и сейчас её разглядывал. Не так, как все. Те смотрели со смесью любопытства, удивления, растерянности. Ну и не без смущения, опять же."

"А этот наблюдал с еле заметной полуулыбкой. Неотрывно, нескромно, даже немного нахально. Смотрел так, будто знает про неё что-то пикантное, и это его забавляет. Смотрел, чуть подщурив веки, так что глаза тонули в тени густых ресниц.

Во рту он держал зубочистку, как сигарету, слегка её передвигая между губ. Почему-то от этого, по сути, невинного занятия сквозило такой откровенной чувственностью, буквально на грани непристойности, что Мика смутилась.

Это вообще было странно, но и тогда, и сейчас от его взгляда Мике сделалось не по себе. Даже затылок взялся мурашками, как от холода. А щеки, наоборот, опалило жаром. А ведь не он первый, не он последний так открыто её разглядывает. Интерес к себе у противоположного пола она начала замечать ещё лет в четырнадцать, если не раньше.