Жестокие игры в любовь

Следом за ним ворвались ещё трое. Совсем не те, что приходили утром.

— Друзья, как видите, я не ошибся, — громко говорил Женя через всю комнату. — Так понимаю, наши незваные гости пришли передать привет от Тимофея Мирошниченко и его папы, депутата гордумы.

Один из троих короткий резким ударом заставил Женю согнуться пополам, цыкнув:

— Клоун.

Мика вскрикнула, бросилась к нему.

— Что вы творите?!

— Кажется, вечер перестает быть томным*, — прокашлявшись, выпрямился Женя. — Но есть и плюс. Драки в прямом эфире всегда очень заводят публику и поднимают рейтинг.

— Чего? — спросил другой, самый молодой из трёх. Подошёл к компьютеру. — Это что?

— У меня запущен стрим. И нас сейчас видят сотни тысяч… если уже не больше…

— Это про что он? — спросил тот, кто ударил Женю.

— У него этот… ну, снимает он нас… прямая трансляция, короче, — озадаченно пояснил молодой, отойдя в угол, который не попадал в обзор камеры.

— Выруби!

— Так уже нас видели… видят…

— И слышат, — добавил Женя. — Так что не стесняйтесь. Расскажите о цели своего визита. Всем же очень интересно.

Гости растерялись. Переглядываясь, спрашивали тихо друг у друга:

— Что?

— А я что?

— Делать что будем?

— Да чего вы вдруг заскромничали? Ладно, я вам помогу, — снова вмешался Женя. — Вы ж наверняка опять пришли просить мою девушку забыть про Тимофея Мирошниченко?

Они снова переглянулись.

— Какого ещё Мирошниченко? Знать такого не знаем, — отозвался молодой после недолгой заминки. — Мы, по ходу, вообще ошиблись квартирой. Да?

— Да, — с готовностью подтвердили двое. — Мы не туда попали. До свидания.

И все трое поспешно вышли.

А уже на следующий день этот ролик взлетел в топ просмотров и расползся по сети, как вирус. Комментарии под ними множились в геометрической прогрессии. Народ бурлил, негодовал, возмущался, кто-то уже запустил петицию и призывал её подписывать, кто-то предлагал и более радикальные меры: найти депутатского сына и устроить самосуд.

Мика поначалу боялась, что им за это что-то сделают в отместку, но нет, обошлось. Их больше не трогали. Женя оказался прав, заявив, что надо быть полным идиотом, чтобы лезть на рожон после такого резонанса.

А ещё через несколько дней следователь позвонил Мике и сообщил, что Тимофей Мирошниченко «заговорил»."

"_____

* Фраза из фильма ""Москва слезам не верит""

70

Тимофея Мирошниченко Мика опознала без труда и тогда, в новостном выпуске, и тем более сейчас — на очной ставке. А вот со вторым товарищем дела обстояли хуже. Она запомнила лишь щуплую фигуру. Никаких особых примет не могла назвать, да она и лица-то его толком не видела. Он всё время отворачивался, и к тому же был в низко надвинутом капюшоне.