Убить босса!

– А что это за педик с ушами, как у кролика? – спросил Мартынов, которого зацепило пренебрежительное отношение негра к ним, европейцам. – Эмблема Playboy?

Выражение «потемнел от гнева» к афроамериканцу Эдвардсу вряд ли подходило, однако вопль его был слышен не только на первом этаже школы, но и, наверное, на краю школьного футбольного поля:

– Индеец на гербе свидетельствует, что коренные американцы уже жили здесь, ганс!

– Сам ты ганс, сука черножопая! – взорвался Мартынов. – Стоишь тут, блядь, рассказываешь мне про свою историческую родину!.. О какой родине ты мне басни плетешь, бухарик?! Аляску мы вам продали, бобр датский! Манхэттен – голландский мореплаватель, то есть – европеец! И сам ты, обезьяна, из Конго или Судана! Твоих предков сюда привезли, как коров, в трюме!.. У вас у всех здесь ни родины, ни флага, ни герба, вы – дичь транзитная и, если бы не мы, вы давно бы уже съели друг друга! И ты меня будешь Гансом называть, ты, который чудом спасся от линча в шестидесятые?! Тебе не в школе преподавать, а обувь прохожим чистить в Центральном парке!

Прибывшая охрана скрутила Мартынова, после чего он едва не повторил ошибку молодости, когда угодил за решетку прямо со школьной скамьи. Правда, теперь вменялась ему не карманная кража, а было предъявлено обвинение в рамках программы NO TO RASISM. Выручил Флеммер, договорившись и с окружным прокурором, и с судьей, и с Эдвардсом.

– Эндрю, – сказал он Мартынову, выводя его из кутузки, – ещё сто лет назад мы стреляли из лука, но это не повод говорить негру, что он негр. И потом, ты не прав, мой русский друг Американцы для мира сделали не так уж мало. Скажи-ка, разве не Уатт изобрел первую паровую машину?

– Нет, конечно. Её сделал русский механик Ползунов за несколько лет до Уатта.

– Да что вы говорите? – деланно изумился Флеммер. – Выходит, и синтетический каучук – дело рук не Эдисона?

– Разумеется, – усмехнулся Мартынов. – Кто, кроме русского ученого, мог открыть способ получения искусственного каучука из спирта, выгоняемого из картофеля? Лебедев – фамилия гения!

– Ага, и бензиновый двигатель не Отто сконструировал?

– Этот двигатель был построен русским моряком Костовичем.

– Иван Грозный, – напомнил Мартынов, погрозив Флеммеру пальцем. – Он ещё в середине шестнадцатого века говаривал своим опричникам: «Я вас всех в задницу имею и насквозь вижу!». Так что опоздал Рентген со своим аппаратом, опоздал…

Флеммер расхохотался, а Мартынов, доверительно склонившись к плечу невысокого зятя Малкольма, прошептал:

– Да, кстати, Рой… Уатт-то – англичанин, а Отто и Рентген – немцы. Гансы, так сказать…

Оба рассмеялись и направились в ресторан пить виски и есть крабов.