Убить волка (СИ)

Ответ Гу Юня дошел до юноши только после того, как он задал вопрос. Лицо Чан Гэна мгновенно покраснело. Оставалось только разобраться, отчего — от смущения или гнева?

У Гу Юня так невыносимо болела голова, что он страстно желал удариться головой об стену. Но увидев робкое, такое милое и очаровательное выражение на лице Чан Гэна, Гу Юнь не мог сдержать звонкий смех. Это секундное развлечение разогнало скуку и помогло немного унять боль.

Чан Гэн сердито сверлил Гу Юня взглядом — от одного такого взора все вокруг было готово полыхнуть.

Как помнил Гу Юнь, если «сыграл злую шутку», то сразу же надо как-то загладить ситуацию и задобрить юношу.

— У меня не было времени на ужин, и после того как я выпил чашу холодного вина от барышни Чэнь, у меня немного разболелся живот. Ничего страшного.

Это хотя бы звучало более разумно и правдоподобно. Но как люди, долгие годы проводящие время на службе в армии, которые часто сталкиваются с проблемой нерегулярного питания, справляются с этим? Один день наедаются, а потом целый день голодают?

А этот толстокожий Великий Маршал Гу, как он вообще смеет так бесстыдно вести себя, словно он тут самый нежный и хрупкий?

Попытка Чан Гэна хоть как-то совладать с собой и сохранить крупицу спокойствия в один миг разлетелась на мелкие кусочки.

— Гу Шилю, ты!.. — взорвался Чан Гэн.

Короткое «ты» повисло в воздухе — юноша просто не нашел, что сказать после.

Гу Юнь неожиданно улыбнулся, поднял руку и похлопал Чан Гэна по голове.

— Что, уже подрос и у тебя начало сердце болеть за своего ифу? Не переживай понапрасну.

Его ладонь была подобна безграничному небесному своду, и яростное пламя в сердце Чан Гэна в мгновение ока взмыло до небес, оставив после себя лишь тонкую струйку дыма и рассеяв в воздухе его беспомощность и бессилие.

«Это у душ предков из-за тебя сердце болит», — подумал Чан Гэн. «С твоих губ не срывается ни единого правдивого слова. С чего это я должен взваливать на себя такую ответственность и беспокоится зазря? Только через мой труп».

И все же, болезненно побледневшее лицо Гу Юня вызывало боль в глазах юноши. Чан Гэн еще был в состоянии следить за своим языком и мыслями, но он не мог контролировать возникающие в его сердце тревогу.

Вздохнув, юноша обошел широкий стул и принялся делать Гу Юню массаж висков. Он делал это весьма умело своими натренированными руками.

Чан Гэн отметил, что плечи Гу Юня немного расслабились. Как правило, если человека не тревожат боли в груди или животе, он сможет как обычно активно работать руками и ногами. Также Чан Гэн отметил, что даже легкая травма его конечностей не приведет к такой боли, которую Гу Юнь испытывал сейчас.