Убить волка (СИ)

? — jin — «цзинь» (китайский фунт; 10 лянов/500 грамм в КНР и Малайзии, 16 лянов/600 грамм в Гонконге, Сингапуре, на Тайване и других территориях) — полкилограмма.

«Ловя разбойников, [надо сначала] поймать главаря» (обр. в знач.: «в каждом деле надо начинать с главного»).

«Дух земли, Полевик» — местное божество.

Помимо двухсот солдат, в управлении южного пограничника было десять единиц тяжелой брони и пятнадцать легкой — если ко всему этому добавить одного гигантского змея, выйдет полный состав оборонительных сил северного пограничного города Яньхуэй.

Получив письмо от Сунь Цзяо, южный пограничник понял, что наступил тот день, которого он так ждал.

Фу Чжичэн долго был горным королем: грубый и высокомерный, он заставлял Куай Ланьту — которого императорский двор послал присматривать за господином Фу — не раз терять лицо. У растущей между ними ненависти была очень долгая история.

Император решил собрать всю военную мощь Великой Лян и прекрасно понимал, что для того, чтобы привести «Цзигу Лин» в действие, неизбежно придется кем-то пожертвовать. Северо-западные границы были во власти Гу Юня — они какое-то время оставались и остаются неприкосновенными.

Цзяннань сосредоточил в себе военно-морскую мощь, на них была возложена важнейшая задача — вести наблюдение за западными кораблями. В связи с последними событиями и нашумевшим инцидентом, вмешиваться в их дела было бы несколько неуместно. Солдаты Центральной Равнины должны защищать самый центр, сердце страны. Даже если им сейчас отдать новый приказ, они имеют полное право исполнить его позже. Оставались только опустевшие южные регионы.

Если Фу Чжичэн желает действовать по уму, ему следует спокойно оставаться на южной границе, притворяясь, что его просто не существует.

До тех пор пока он не явится из ниоткуда с устрашающим лицом, напоминая императорскому двору о том, что он потерял родителя и что он в трауре.

Один из солдат шагнул вперед и прошептал:

— Господин, масло готово.

Куай Ланьту поднял к глазу цяньлиянь и взглянул на видневшиеся вдали окровавленные зеленые холмы. Этими холмами владел бывший даосский священник Цзинсюй. Он, как и простой народ, следовали примеру Императора, следующего по пути Будды.

Со временем Цзинсюю становилось все труднее и труднее поддерживать жизнь своего храма. Это было связано не только с тем, что к нему в основном приходили горные бандиты, чтобы ограбить его, прекрасно понимая, какая он легкая жертва. Но и с тем, что однажды, в порыве ярости, Цзинсюй случайно убил одного из воров. С тех пор ему некуда было пойти, и он отправился в горы и стал горным бандитом.

Цзинсюй умел читать и писать. Он был безжалостным человеком.