Убить волка (СИ)

как насчет... ох... — князь Го осекся, чувствуя, что взгляды всех присутствующих в тронном зале генералов впиваются ему в спину подобно стрелам байхун.

Старый хрыч еще собственный зад не успел подтереть, а уже раздавал советы. Стоило подняться небольшому ветру, как у него хватило наглости предложить Его Величеству перенести столицу. Если бы не внезапное нападение внешних врагов и общая неразбериха во внутренних делах, за одно это предложение его бы, наверное, разорвали на куски и сожрали.

Побледневший князь Го сглотнул, не решаясь выпрямиться и поднять на своего правителя взгляд.

Выражение лица Ли Фэна оставалось совершенно непроницаемым. Сначала он молчал, не обращая на дядю внимания, потом наконец заговорил:

— Приказываем восстановить Тань Хунфэя в должности, дав ему шанс искупить свою вину заслугами... Мы собрали вас здесь для обсуждения сложившейся ситуации. Если кто-то еще намерен и дальше нести чушь, то пусть выметается вон!

В порыве отчаяния даже Император может кричать и ругаться как рыночные торговцы, которые работают не покладая рук. В тронном зале повисла мертвая тишина.

Лицо князя Го то бледнело, то краснело.

Раздраженный Ли Фэн обратил внимание на военное министерство:

— Дорогой сановник Ху, ты отвечаешь за военные дела и имеешь право распоряжаться указом «Цзигу Лин». Как нам следует поступить?

Природа наградила военного министра вытянутым лицом, бледным и худым, какое часто бывает у тех, кто недоедает. Имя его — Ху Гуан — его имя звучало как «тыква», поэтому некоторые за глаза называли его министр Тыква [4].

От волнения его и без того болезненное лицо словно запузырилось и покрылось волдырями, отчего он еще больше стал похож на горькую тыкву [5].

Формально именно военное министерство, обладавшее хорошей репутацией, имело право распоряжаться указом «Цзигу Лин», но разве хватило бы министру смелости принять подобное решение? Ведь тот был не более чем кистью в руках Императора, а разве вправе кисть иметь собственное мнение?

Ху Гуана бросило в холодный пот, когда он неуверенно пробормотал:

— Ох... Ваше Величество правы, столица — сердце Великой Лян. Именно здесь сосредоточены надежды всех жителей страны.

Разве можем мы позволить этим иностранцам ходить, где им вздумается? Это совершенно немыслимо! Мы должны сражаться за столицу не на жизнь, а на смерть! Если отступим, разве это не уронит боевой дух армии?

Ли Фэну уже не хватало терпения выслушивать по кругу пустую болтовню, поэтому он перебил министра:

— Мы просили тебя дать совет по поводу стратегии!

У Ху Гуана не нашлось, что на это ответить.

Все пристально смотрели на князя Го, но отчасти тот был прав.