Удачная неудача Солнцеликого - 3

Главное — не улыбаться слишком провокационно, уж очень юный Юттим-Ареф легко ведется на слабо́, а мне ехать надо.

А как не улыбаться, когда деть пытается одновременно совладать с разочарованием и придумать для строгой мамы какой-нибудь супер-пупер аргумент. Все буйство противоречивых эмоций и мыслительных потуг написано на его лукавой мордашке. Загляденье просто! Мне само́й живо интересно, что мелкий выберет — отступит или станет торговаться? Нет, не станет, потому что до нас добежала его нянька. Догнала! Значит нужно удирать. И удрал бы, выскользнув из моих рук, как намыленный, но увы, на плац вышел наш папа и надежно спеленал беглеца, оставив висеть в воздухе, упакованного в силовые ленты, как копченая рулька в веревочки. Муж нынче что-то крут, обычно с любимым сыночкой он куда бережнее. Рассердился наш папа!

— Нина, подожди! — Вит заспешил к нашей компании, помахивая конвертом, а я любовалась. Почти совсем не хромает! Даже когда торопится! У нас с Гунаром получилось! Жаль, дядя этого не видит. Вит категорически отказался от нового, корректирующего перелома. А точнее, серии переломов. Но это и хорошо. Возились мы долго, но без боли. Гунар удалял по чуть-чуть неправильно сросшиеся ткани кости. А дальше — дело за синенькой и ее способности подстегивать жизнь в уже почти неживом. Это было долго, да. Вит и лечить-то себя позволял исключительно в качестве доказательства своей любви — слишком бурное время тогда было — мы ждали Тита и вили гнездышко с учетом потребностей младенца. Ну, и деньги зарабатывали на все нововведения. Очень удачно все-таки что я забеременела до того, как взялась за перестройку крепости. Скольких ошибок удалось избежать и сил сэкономить!

— Тебе письмо от Киры! — Вит не преминул поцеловать меня в лоб, отдавая конверт, такой у него ритуал. Даже если мы четверть часа назад расстались. — А мне — посылка! — понятно, Кирюша раздобыла каких-нибудь минералов для Витто. Она на практике в противоположной части бывшей империи, там горы старые и невысокие, не такие удручающе огромные зубастые монстры, как у нас. Потому туда — только на лошадях, руши там не селятся и не строят туда свои тоннельные порталы.

Муж уже подцепил силовую авоську с мелким. Теперь протащит его через всю крепость, как воздушный шарик. Это наказание — Витыч ненавидит несвободу и насмешки. Сын знает, что виноват, но все равно пытается сопротивляться, забавно дрыгая ножками в добротных башмачках и сверкая влажными темными очами. От меня — ни одной черточки — все папино! И за это я люблю их обоих еще больше.

— Поезжай, родная, в дороге письмо прочтешь. И не задерживайся, вели Довлату не приставать. Мы тебя ждем! — и помог мне взобраться на козлы брички. Руками помог, не магией.