Удержаться на краю

Шестнадцать трупов, и это лишь то, что смогли доказать. Но следа киллера не обнаружили. А теперь сюда гляди: видишь эту пару? Это киллер.

– Судя по нарядам, это начало девяностых, а Ирине нет и тридцати, она не может быть этим киллером.

– Нет, но она там все-таки была.

Люба всматривается в лица, ее взгляд падает на увеличенный снимок на столе генерала. Пухлощекая девочка чуть старше Женьки. Ну нет.

– Ее мать! – Люба в ужасе отбросила снимок. – Ее мать была киллером и брала на дело дочь, чтобы…

– Чтобы выглядеть безобидно. – Бережной вспомнил свою Аленку и внутренне содрогнулся. – Девчонка была уже достаточно большая, чтобы все понимать. Возможно, мать убивала не только ядом. Да, скорее всего, у дамы были и другие заказчики, и там она действовала при помощи другого оружия, но дочь всегда была при ней – идеальное прикрытие.

– Чудовищно! – Люба содрогнулась. – Она искалечила психику собственной дочери! Девочка выросла без всяких социальных табу, при этом держала в себе такую тайну!

– А в силу собственного характера не разболтать эту тайну было для нее пыткой. – Реутов усмехнулся: – Но мать держала ее в ежовых рукавицах не просто так: она боялась, что дочка проболтается, а та всю дорогу пыталась избавиться от этого контроля.

– Я никак не могу понять, как ты сам это связал. – Виктор обиженно косится на приятеля. – И молчком…

– Я сразу думал, что совершить все это мог тот, кто поблизости: видит, кто и когда приходит и уходит, слышит, как открываются соседские двери, ну и собака должна была знать этого человека. А помнишь, когда мы были в квартире Миланы, на лестнице Ирину встретили и потом пацан зарядил в нее шариком краски? Метко так, и тут как тут бабушка нарисовалась. Он шел и выбрасывал из карманов разные вещи, в том числе там гильза была.

– От патрона Флобера, не боевого. – Виктор пожал плечами: – И что?

– А то. – Реутов ухмыльнулся: – Во-первых, пацан избавлялся от улик. Видно, дело для него привычное. Во-вторых, я пошел в парк, который рядом с их домом, – там, в числе прочих развлечений, есть тир. И тамошний сотрудник охотно рассказал, что водит тут одна дама внука, тренирует его в стрельбе и сама стреляет неплохо. Ну, я решил, что это надо не забыть. Потом, когда Георгий сказал, что несколько раз видел Ирину около Любиного дома – а это другой конец города, ей там делать нечего! И однажды, встретив его в супермаркете, Ирина сказала: судя по покупкам, ты идешь к Надеждиной сестре, а купил тогда Георгий детскую книгу и машинку – ну, пусть она видела Любу, когда та приехала к Милане, ладно. А откуда ей было знать, что у Любы есть сын? Георгий тогда не понял, но подсознательно насторожился и солгал ей, что Милана еще без сознания. Он сам не понял тогда зачем, потом только сообразил.

– Жесть.