Злодейка поневоле

И судя по выражению лица, давно жаждал сделать это… Но настоящая Алиса явно запрещала причинять жениху вред, а сама готовила ему каверзу за каверзой, и даже прибегла к волшебству! Игра, затеянная в этом мире, оказалась не такой уж простой и понятной, как виделось вначале. Что же «наследство» оставила ей Тёмная госпожа?

***

Алиса открыла глаза и, попытавшись приподняться, болезненно застонала. Казалось, каждая клеточка её тела ныла от боли. С трудом, опираясь руками, села и помяла ладонями бёдра: встать на ноги вряд ли получится.

В горле першило, очень хотелось пить.

– Поздравляю тебя, Алиса, – прохрипела она. – У всех попаданок миры как миры, а ты нашла на свою задницу самый чудесатый! Кормят через день, зато загадок – как из рога изобилия!"

"Сидеть было тоже болезненно неудобно, сказывалась непривычная нагрузка на тело. Алиса поклялась никогда в жизни больше не залезать на лошадь, раз после этого такие жуткие ломки… Как бы подняться? Покосилась на окно и вздохнула: а нужно ли подниматься? Ничего не получается! С каждым часом игра становится всё более запутанной, она словно бредёт сквозь паутину, превращаясь в один большой кокон из переплетений непонятных тайн.

Но даже если просто лечь и ничего не предпринимать, это не избавит от роли жертвы… Алиса вздрогнула: входить в пещеру к дракону и исчезать ну очень не хотелось! Как же злодейка справлялась со всем этим?

Оставив попытки подняться, Алиса призадумалась. Тёмная госпожа попыталась отправить Клода в другой мир с помощью колдовства. А что, если она пыталась не избавиться от него, а спасти? Версия казалась бы абсурдной… до того, как она услышала от Тео хриплое: «Так разреши мне убить его».

Почему же она запрещала дракону уничтожить того, за кого так отчаянно не хотела выходить замуж? Похоже, Тёмная госпожа вела двойную игру, пытаясь и корону заполучить, и остаться в живых. И как теперь вертеться Алисе из другого мира, чтобы выполнить всё это? Особенно теперь, когда свитки из Проклятой башни уничтожены!

Дверь распахнулась, Алиса вздрогнула и, ожидая увидеть мрачное лицо Тео, насупилась, но с порога ей приветливо улыбался Клод.

– Опять ты, – пробурчала Алиса.

– Не слышу радости в голосе, – не переставая улыбаться, саркастично отозвался он.

Между ног Светлого господина проскользнул весьма довольный жизнью Рей. Пёс подбежал к Алисе и, положив морду на колени, преданно заглянул в глаза. Следом за собакой в комнату вошёл и Клод, только в отличие от Рея сочувствовать не спешил.

– Выглядишь ужасно, – с удовольствием отметил Клод, – как я и предполагал.