Укрощение дракона

Пару мгновений Иррандо чувствовал себя пустым и потерянным, кровь, казалось, перестала бежать по жилам, словно он уже умер. Но затем отругал себя истово, вновь схватил козла за рога и направил его на северо-восток, вдоль границы.

До тех пор, пока он не найдет Аню… живой или… Нет, о том, что она может умереть, нельзя было даже думать! Она будет жить! Она зачем-то нужна высшему Маркатарру именно живой! Иначе он бы заглотнул ее прямо на площади, это было так легко…

Он, Иррандо Бельмонте Лонтриэр, найдет Аню! И в своих поисках не остановится!

Иррандо скакал и скакал, загоняя козла. Словно мешком на землю упала черная, без звезд ночь, а животное, подвернув ногу, начало хромать и вдруг споткнулось. Иррандо полетел через голову кувырком. Вскочил злой, но увидел, что козел, тяжело дыша, от усталости не может даже поднять голову.

— Прости меня, — сказал Иррандо, вдруг почувствовав жалость к животному. И мгновенно обернулся в дракона.

В воздухе не было запаха Ани, не подавал признаков связи и браслет. Но Иррандо взмахнул крыльями и взмыл к тучам. Он найдет ее живой! Даже если для этого потребуется его жизнь вся без остатка… Ведь Аня назвала его камикадзе, и она была чертовски права!

С наступлением ночи я могла видеть только то, что подсвечивал глазищами дракон. Но летел он так долго, а мне было так страшно и холодно, что я перестала чувствовать затекшее тело. Я превратилась в одни глаза, следящие за безумным полетом над скалами, ущельями, оврагами, лесами и черной пустотой оскалившихся пиками пропастей. Мимо нас прошмыгнула какая-то птица, похожая на мерцающего оперением пеликана. Она шарахнулась от дракона, но потом на весьма почтительном расстоянии полетела параллельно, то и дело глядя на меня и разевая огромный клюв. Словно ждала, когда чудовище решит откушать и оставит ей пару-другую косточек, как шакалу. Я содрогнулась.

Неизвестность убивает. Хотя, возможно, лучше неизвестность, чем клыки Маркатарра…

Перед нами встали темные скалы. Без единого деревца и травинки. Дракон снизил скорость и стал поочередно подлетать к черным норам в поблескивающей, будто гранит, каменной стене. Наконец выбрал одну из них — пошире и влетел внутрь. Зеленый свет драконьих «фар» осветил пещеру. Такую же недружелюбную и бесплодную, как и скалы вокруг.

Чудище раскрыло когти, словно экскаватор челюсти ковша, и я вывалилась на камни. Блин! Коленям больно! И локоть сбила. Но я тут же подскочила на ноги и отлетела к стене, почти вжимаясь в нее под взглядом зеленых зениц, мало похожих на живые. Чудище изучало меня и вдруг облизнулось.

— Да чтоб ты подавился, когда жрать меня будешь! — вырвалось у меня в сердцах.