Укрощение дракона

Старуха загрохотала страшным хохотом и, судя по быстрому шарканью, погналась за мной. Я вылетела на улицу. Рыцаря нигде не было. Впрочем, мне было уже и не до него. В ушах стоял каркающий смех колдуньи, и я со всех ног побежала к лавке портного.

«Дракоша, милый! Ну где же ты? Забери меня отсюда», — тяжело дыша, думала я.

Ночь сгустилась, но народу вокруг по-прежнему было много. Я бежала, то и дело на кого-то натыкаясь. Вдруг где-то в голове папиным тоном пробурчал внутренний голос: «Кругом одни мошенники. Всех на принудительные работы…» Он меня отрезвил, и я замедлила шаг, начиная успокаиваться. Действительно, чего я испугалась? Безумие какое-то… Старуха просто шизанутая. И я скоро с ними со всеми тоже такой стану.

Фух, вон уже лавка мистера Пуррипуя…

Двое мужчин, идущие передо мной, резко шарахнулись влево. Прямо на пороге лавки я увидела ту самую раскорячившую ноги старуху с седыми космами. Да как она успела?!! Над ее раскрытой ладонью парил в голубом сиянии шар. «Ррритуал», — донесся до меня жуткий шепот. И колдунья взглянула на меня, как девочка из «Звонка».

— Мама! — вскрикнула я и бросилась в гущу народа, а затем через площадь и в противоположную сторону. Не разглядывая ни домов, ни людей. По узким улочкам, мощенным брусчаткой.

Когда я остановилась, дышать было нечем. Слишком уж кололо в боку, и во рту пересохло. Если б я в школе с такой скоростью стометровку сдавала, наш физрук от счастья бы свисток проглотил. Я огляделась — вокруг было темно, натуральные задворки вселенной. Только позади, на приличном расстоянии, одиноко светил фонарь, раскачиваясь на ветру. А впереди, через пару покосившихся домов, чернел лес. Шелестящий, непроглядный.

«Ну погоди, дракон, — подумала я, отирая со лба пот. — Бросил меня. И рыцаря не съел, только вид сделал. Тоже мне друг! Я тебе под нос целых три полимены подсуну! Только каску себе найду, чтоб не сдуло, когда расчихаешься! М-да… И куда мне теперь идти?»

Я завязала распущенные волосы в узел. Насупилась: позволила разодеть себя, как принцессу, а надо было в джинсах оставаться. В них я увереннее.

Из леса донесся вой неизвестной зверюги. Душа моя ушла в пятки. Чтобы вернуть ее на место, я выругалась громко, неприлично и забористо. Вроде чуть-чуть помогло. Я шагнула обратно, от леса к площади. Тут же споткнулась обо что-то в темени. Это была палка. Узловатая такая, увесистая. Пойдет. Подобрав ее, я стиснула зубы. Ритуалы еще какие-то! Колдуньи! Рыцари! Волки! Достали уже, сил моих нет! Вот кто первый попадется, того и огрею, а дальше по ситуации. «А нам все равно, — мысленно пропела я папину любимую „Песню про зайцев“, чтобы поднять боевой дух. — Устоим хоть раз, в самый жуткий час…»

Из подворотни за фонарем вышли внушительные фигуры. Послышался разухабистый мужской говор.