Урсула. История морской ведьмы

— Фланци, а ты почему здесь? Почему ты посылала за нами?

— Да-да, Фланци, почему? И почему ты исчезла сразу после того, как Урсула рассказала нам свою историю?

— Мы же беспокоились о тебе, глупенькая! И вообще, все это так на тебя не похоже! Объясни свое поведение, пожалуйста.

Фланци молчала, а сестры продолжали тараторить.

— Что с ней случилось?

— Почему она молчит, не говорит?

— Няня, ты что-нибудь сделала с нашей Фланци?

И сестрички дружно вскочили с дивана, готовые с кулачками наброситься на старую колдунью.

— Сядьте! — оборвала их Няня. — С Фланци все в порядке. Мы с ней хотим кое-что показать вам. Очень важное.

— Вот как? Легендарная ведьма хочет что-то показать нам? И о многом собирается рассказать нам, так-то вот? И все это именно тогда, когда у нас самих дел невпроворот?

— Ого! — радостно вскинулась Руби. — Мы что, снова начинаем говорить в рифму? Прекрасно, черт возьми, прекрасно! Настал, настал великий день, его ждала я не напрасно!

И она захлопала в ладоши. Наконец-то отменился странный и строгий запрет говорить в рифму, который Люсинда ввела после исчезновения Цирцеи.

Марта тоже не удержалась, вскочила с дивана и принялась выкрикивать, звонко стуча по полу своими каблучками.

— Старым привычкам — ура! Новые запреты — ерунда!

Люсинда и Руби присоединились к ней, и три сестры принялись дружно отбивать чечетку, выкрикивая «Старым привычкам — ура, новые запреты — ерунда» все громче, громче, громче, поднимая дикий шум, который разносился теперь по всему замку. Вести себя таким образом неприлично, конечно, особенно если вы — леди, но и сестричек понять по-своему тоже можно. Сколько времени они терпели, это же подумать страшно! И ведьмы плясали до тех пор, пока в гостиную не ворвалась Тьюлип.

— Что здесь происходит, леди?

Сестрички посмотрели на принцессу с ангельским личиком так, словно она была ядовитым насекомым или враждебно настроенным пришельцем с другой планеты. В определенном смысле это так и было, потому что здесь только Тьюлип не имела никакого отношения к колдовству и магии, а значит, и понять не могла, почему так бесятся, прыгают и вопят эти женщины, похожие на вырвавшихся за решетку обитательниц сумасшедшего дома. А еще точнее, на свихнувшихся и сбежавших от своего кукольника марионеток.

В игру вступила Няня, пытаясь отвлечь внимание Тьюлип.

— Моя дорогая, ты что, оставила Попинджея одного в утренней гостиной?

— Нет, Няня, конечно, нет. Он ушел, — ответила Тьюлип, разглядывая трех сестер. Такие маленькие, а сколько шума подняли своими песнями и плясками!

— Леди, я требую, чтобы вы немедленно прекратили это безобразие и успокоились, — прикрикнула на них Тьюлип.