Усмиритель душ (СИ)

На губах у Юньланя запеклась кровь, а лицо выглядело особенно бледным. Он был до крайности изнурён, но его глаза по-прежнему ярко сияли, словно ничто в этом мире не могло бы загасить это пламя.

— В смерти мы все равны, — тихо сказал он.

Лицо Палача Душ было неразличимо под маской чёрного тумана, но услышав эти слова, он немедленно возразил:

— Разве это не означает отсутствие надежды? В чём тогда смысл жизни? Хранитель слишком пессимистичен.

— Лишь на поверхности, Ваша Честь, — сказал Юньлань, подняв голову. — Что из себя представляют равенство и справедливость? Всегда есть люди, с которыми обходятся справедливо, и те, которым везёт меньше первых.

Если кто-то голодает, для него равенство состоит в отсутствии голода. А когда не станет голода, равенство будет определяться достоинством. И даже на ступеньку выше всё равно останутся идиоты, считающие себя выше других, и разубедить их сможет только смерть, не так ли? Справедливость, Ваша Честь, у каждого человека своя.

— Ничего подобного, — усмехнулся Палач Душ.

Чжао Юньлань хмыкнул и сменил тему:

— Сан Цзань выиграл войну, казнил твоего отца и отменил рабство.

Что было дальше?

— Старейшины собрались вместе и выбрали лучшее решение для всех семей, — сказала Ван Чжэн. — Его предложил Сан Цзань. Он был необразован, но знал, чего хочет его народ. Сейчас это называют демократией. Наверное, людям всегда хочется одного и того же.

Чжао Юньлань подогнул под себя ногу и опёрся обеими руками на колено, удобно устроившись в этой странной позе.

— Тогда тебя и казнили? — спросил он, и его слова острым лезвием пронзили сердце Ван Чжэн.

Она застыла в изумлении и заметно погрустнела, и когда присутствующие уже решили, что продолжения не будет, снова заговорила:

— Я… Мне негде было жить, и меня приютил Сан Цзань.

Работать я не умела: всё, чему меня научила матушка — это красиво одеваться и указывать слугам. Я не могла охотиться, даже о доме заботиться не могла… А однажды одна девушка захотела замуж за Сан Цзаня, и её отец пришёл договариваться о браке. Сан Цзань отверг его предложение, и девушка в отчаянии убежала в горы. Когда её нашли, она была мертва: упала с обрыва и разбила голову о камень. Её отец в своей скорби решил во всём обвинить меня: я была дочерью прошлого главы и, должно быть, прокляла соперницу… Так меня и решили казнить.

У Ван Чжэн затряслись плечи. Она всем сердцем верила, что её отец поступает неправильно, что рабство — это неправильно, ведь рабы тоже были людьми и не заслуживали жизни, подобной скоту. Она была как Сан Цзань — хотела для своего клана равенства, свободы и счастья.

А они всё равно её ненавидели.

— Отец погибшей девушки провёл голосование: люди, желающие моей гибели, должны были поднять руки, а остальные — воздержаться.