Усмиритель душ (СИ)

Чжао Юньлань, обычно не имеющий никаких проблем с красноречием, застыл, чувствуя, что ничего не может сказать.

А Ван Сянъян обнаружил, что связывающие его талисманы потеряли силу.

Другие могли этого не знать, но Чжао Юньланю было прекрасно известно, что за личностью Шэнь Вэя на самом деле скрывался Палач Душ. Тот, кто с самого начала времён судил Зло и Добро своим верным клинком. Задолго до появления суда преисподней.

А значит, авторитет его решения превосходил всё остальное: никакому суду не суждено было изменить подобный вердикт. Высказав подобное в допросной комнате спецотдела, Шэнь Вэй своей властью предоставил Ван Сянъяну разрешение на совершение возмездия.

— Однако, кровная месть не имеет конца и края: она, как обоюдоострый клинок, ранит тебя самого. Если отпустишь своих обидчиков, карма всё равно их настигнет. Даже если они умрут раньше, совершённое вернётся к ним в следующих жизнях. А ты всего лишь человек, и ненависть привела тебя во тьму, заставила убить собственную жену и ребёнка. Свершив свою месть, ты окажешься заперт навечно в глубинах преисподней. Возражения?

Ван Сянъян и Чжао Юньлань были единственными в этой комнате, кто знали о том, какой вес кроется за словами Шэнь Вэя на самом деле.

Шэнь Вэй обернулся к Чжао Юньланю.

— Как желаешь поступить дальше?

«Ты всё решил сам, зачем же теперь задаёшь мне такие вопросы?» Чжао Юньлань сухо кашлянул, понимая, что от него требуется обеспечить Шэнь Вэю достойное прикрытие. Вытащив талисман из декрета Хранителя, Юньлань бросил его на стол и пододвинул к Ван Сянъяну.

— Жди здесь. На закате за тобой явится страж преисподней и доставит тебя к королям ада, получишь своё разрешение.

Когда Ван Сянъян сомкнул пальцы на талисмане, руки у него отчётливо дрожали.

— Напоминаю, — спокойно добавил Чжао Юньлань, — разрешение, как он и сказал, даёт тебе право получить своё возмездие, но наказание впоследствие будет соразмерно твоим поступкам. Думай, прежде чем делать.

Ван Сянъян, не отводя глаз от талисмана, покачал головой.

— Я уже убил больше десятка людей, хуже не будет. — Горько улыбнувшись, он сказал: — Не думал я, что после смерти кто-то сможет меня понять.

Пока все присутствующие отходили от шока, Чжу Хун быстро спросила:

— Погоди, ты сказал, что уже кого-то убил? Тем же способом? И они все мертвы?

— Разумеется. Их никчёмные жизни окончились безвременной и ужасной смертью. Такой, что никогда не позволит им переродиться.

Чжу Хун изумлённо посмотрела на Чжао Юньланя. Они жили в густонаселённом, большом городе, где не всегда можно было вовремя заметить, что злобный дух убил парочку ни в чём не повинных людей.