Усмиритель душ (СИ)

Его жизнь его полностью устраивала, и просить ему было не о чем, кроме безопасности и здоровья близких — а те вроде как и без него пребывали в безопасности и спокойствии. Чанчэн искренне считал, что лучше не тревожить богов без толку.

Притормозив на красный, Чу Шучжи окинул Чанчэна долгим взглядом. Парень не отличался ни ростом, ни силой, ни красотой. Даже лицо у него было самое обыкновенное. Он держался тише воды, ниже травы, и даже одевался, в отличие от своих сверстников, в простую одежду от неизвестных брендов. Таким, как он, легко затеряться в толпе, и Чанчэну вдобавок определённо не хватало уверенности в себе.

Однако сейчас его лицо светилось каким-то странным, потусторонним спокойствием.

Го Чанчэн не был монахом: он ел мясо и пил вино, не разбирался в духовных практиках и ничего не понимал в священных писаниях. Из всего пантеона богов он знал только двух — Гуаньинь [3] и Будду, и то благодаря популярному телевизионному сериалу «Путешествие на запад»[4]. И даже так Чанчэн до сих пор не был уверен, какого они на самом деле пола.[5]

Однако Чу Шучжи всей шкурой чувствовал, что сам того не зная, Го Чанчэн на самом деле занимается самосовершенствованием.

И это никак не влияло ни на его нынешнюю, ни на будущие жизни.

А Чу Шучжи, будучи опытным и чутким заклинателем, всё никак не мог понять, что с ним на самом деле творится. И это — вкупе с общей несправедливостью происходящего — определённо выводило его из себя.

Почему парень, практически плавающий в добродетели, обречён на несчастную жизнь? Почему ему суждено умереть молодым? Всем известно, что лучше не лезть в правила, определяющие человеческую судьбу и записанные в Книге Жизни и Смерти, но неужели мир настолько несправедлив?

Говорить не хотелось.

Го Чанчэн, притихнув, тоже молчал. Так они и доехали до дома номер четыре по Яркой улице.

Уже наступила ночь, и в офисе присутствовали и люди, и призраки.

Переступив порог спецотдела, первым делом Чу Шучжи наткнулся на сбившихся в кучку коллег-духов: моргая абсолютно пустыми глазами, они выглядели так, словно пережили удар молнии.

Прежде, чем Чу Шучжи открыл рот, Ван Чжэн повернулась к нему и дрожащим голосом спросила:

— Братец Чу, ты знал, что профессор Шэнь… Шэнь Вэй… На самом деле Палач Душ?

Чу Шучжи ошеломлённо уставился на неё, но быстро взял себя в руки и хмыкнул:

— Чжао Юньлань, придурок чёртов, его даже такое не остановит… И где его носит вообще? Наигрался и сбежал?

— Прыгнул в Реку Забвения, — мяукнул Да Цин.

— Решил помереть из-за несчастной любви? — удивился Чу Шучжи.

Да Цин и Чжу Хун к тому времени уже пережили первый шок и успели немного успокоиться.