Усмиритель душ (СИ)

— Так и есть. Ты не просто восхитителен, но ещё и неимоверно удачлив.

— Верно, — снова признал Шэнь Вэй.

— Никогда в жизни мне никто не нравился больше тебя, — сказал Юньлань, и его лицо на миг подёрнулось печалью, ускользнувшей столь же быстро, как она появилась — словно и не было ничего. Запнувшись, Юньлань перевёл дыхание и хрипло продолжил: — Я не хочу в тебе сомневаться. Копаясь в этих дурацких воспоминаниях в попытке выяснить, кто же на самом деле водит меня за нос, я даже думать не желал, что это можешь быть ты.

Шэнь Вэй молчал, и только голубоватые жилы на его предплечьях вздулись от сдерживаемых эмоций.

— Во второй раз я почуял неладное, когда оказался у Великой Печати, — мягко продолжил Юньлань. — Воспоминания внутри неё… Они были про нас с тобой, вместе. Нюйва появилась там только раз — и оставила за собой целых два странных утверждения. Весьма изобретательный ход: оба они подразумевали, что случившееся много лет назад было великой трагедией, а источником этой беды был Шэнь-нун.

Юньлань тихо вздохнул.

— Но в этот раз тебе не повезло. Я повстречался с Призрачной Маской, и тот случайно обронил, что камень хранит в себе память Нюйвы… Я тогда ещё удивился: вся её память — это каких-то два предложения? И тогда я спросил Призрачную Маску о том, что связывает Шэнь-нуна с пламенем души из моего плеча, и пришла его пора удивляться: он был уверен, что для меня это вовсе не должно быть тайной.

Это открытие насмешило его до слёз, и он попытался сказать мне что-то ещё, но ты с особым рвением прервал наши откровения… Если подумать, должно быть, ему известно, что ты подправил память Великой Печати. Ничего нового не изобретал — просто избавился от части воспоминаний, а часть намеренно оставил на месте.

Шэнь Вэй молчал. На улице тем временем наступил вечер, и комната погрузилась в сумерки: в этом полумраке Шэнь Вэй казался Юньланю спустившимся с небес божеством.

— И даже когда чутьё подсказывало мне, кто во всём виноват, я всё равно намеренно исключил тебя из круга подозреваемых… Неужели я где-то подрастерял все свои мозги? — вздохнул Юньлань. — Раньше я думал, что умные люди зовут себя дураками из скромности, но оказывается я и впрямь настоящий идиот.

Шэнь-нун был моим главным подозреваемым, и когда я увидел того старика… Это был он?

— Нет, — покачал головой Шэнь Вэй. — Шэнь-нун мёртв. Это была просто иллюзия того, как он выглядел при жизни.

— Тогда неудивительно, что ему удавалось смеяться, будучи разрезанным пополам, — хмыкнул Юньлань и протянул Шэнь Вэю раскрытую ладонь. — Жемчужина водяного дракона… Точнее, та чешуйка. Можешь её мне вернуть?

Помедлив, Шэнь Вэй вытащил обернувшуюся чешуйкой жемчужину и положил на чайный поднос.