Усмиритель душ (СИ)

Судя по внешнему виду, она должна была ничего не весить, но Чжу Хун она показалась несоразмерно, странно тяжёлой.

— Ветвь Древа Добродетели с вершины горы Куньлунь, — объяснил Шэнь Вэй. — С начала времён только Нюйва однажды отрезала такую же ветвь и посадила её на дне Реки Забвения. Эта ветвь вторая такая, и я прошу тебя относиться к ней соответственно.

Чжу Хун от испуга чуть не выронила драгоценную ветвь на землю и осторожно обняла её обеими руками, с трепетом разглядывая две крошечные почки и словно раздумывая, не начать ли ей поклоняться.

— Ветви Древа Добродетели становятся мёртвой древесиной, стоит им пересечь вход в нечистые земли… Всё из-за призрачного племени. Все эти годы я приглядывал за горой Куньлунь и немало сил потратил, чтобы позаботиться о Древе, но даже спустя несколько тысячелетий всё, чего я сумел добиться — пара почек. Это моя вина, — вздохнул Шэнь Вэй. — Твой дядя может не успеть к тебе на помощь: оставайся здесь, и будешь в безопасности. А если что-то случится, эта ветвь дважды сможет спасти тебе жизнь. — Помедлив, Шэнь Вэй добавил: — Если же она тебе не понадобится, то дождись, пока всё уляжется, а затем разыщи для неё подходящее место среди гор и рек.

— А вы? — спросила Чжу Хун, чувствуя в его словах странную решимость.

— Я последую за ним.

— Уверена, он хочет, чтобы вы его нашли, — выпалила Чжу Хун, на мгновение забыв о собственных чувствах. — Не обращайте внимание на то, с какой лёгкостью этот ублюдок сбежал. Прямо сейчас он наверняка об этом уже жалеет. И ждёт вашего появления, не беспокойтесь об этом, — горько заключила она.

Невидимый Шэнь Вэй не ответил: наверное, уже умчался прочь.

В словах Чжу Хун не было ни капли лжи. Чжао Юньлань действительно не успел далеко уйти. Он разыскал для себя укрытие недалеко от берега Реки Забвения и принялся расхаживать взад и вперёд, усеивая землю под ногами сигаретными бычками. На двенадцатой за сегодня сигарете кто-то вдруг одним движением затушил тлеющий огонёк и выхватил окурок прямо у Юньланя из пальцев.

Помедлив, Юньлань обернулся и посмотрел в глаза Шэнь Вэю, который стоял рядом с видом человека, отчаянно желающего что-то сказать, но не знающего, с чего начать. В конце концов Шэнь Вэй не выдержал его взгляда и опустил голову: с головы до ног залитый кровью, он выглядел измождённым — даже умудрился где-то потерять свои очки. Слипшиеся от крови волосы падали ему на глаза.

Чжао Юньлань какое-то время молчал, а затем устало вздохнул и протянул к нему руки:

Шэнь Вэй в один миг притянул его в свои объятия.

«Мои глаза», — подумал про себя Линь Цзин, про которого все благополучно забыли, и поспешно отвернулся.