Усмиритель душ (СИ)

А затем стремительно проросла молодым деревцем, зелёным и свежим, и совсем скоро уже гордо вытянулась рядом с древним священным древом.

Длинная ветвь, словно шёлковая лента, протянулась навстречу огромному стволу и нежно обвилась вокруг дерева, что было мертво многие тысячи лет. Чжу Хун торопливо зажала рот рукой: на высохших ветвях медленно зазеленели свежие почки!

А два дерева начали расти, устремившись ввысь, протянулись высоко-высоко и вынырнули макушками из Реки Забвения. В один миг зелень охватила зал десяти королей, от которого не осталось ничего, кроме руин и обломков. После этого Древо Добродетели продолжило тянуться вперёд: с земли уже не было видно его верхушки.

Под тенью раскидистых ветвей раны Четвёртого Дяди затянулись сами по себе, и он оглядел основание Древа Добродетели: Великой Печати, которая стояла там раньше, больше не существовало.

Она пала, и призрачное племя вырвалось на свободу, а землю укрыл чёрный туман, но четыре столба вернулись на своё законное место, и может… Может быть, скоро появится новая Великая Печать.

А в мире живых Ван Чжэн тем временем тихо спросила:

— Что… Что это за звук?

— Горы, — отозвался кубок Шэнь-нуна. — Десять тысяч гор оплакивают свою потерю.

— Горы могут плакать? — удивилась Ван Чжэн.

— Могут, — кивнул кубок Шэнь-нуна. — Говорят, что в последний раз эти слёзы пролились после гибели Паньгу. Даже когда владыка Куньлунь отдал своё тело Лампе Хранителя, такого не было: думаю, дело в том, что физическая смерть не повлёкла за собой гибель его души.

Ван Чжэн застыла на месте, осознавая, что это означает для Шэнь Вэя. У неё не было возможности узнать его поближе, как профессора Шэня или как Палача Душ, но по щекам Ван Чжэн вдруг полились горькие слёзы: она прекрасно знала, что призраки плачут редко, но сейчас никак не могла унять рыданий.

Сан Цзань с тихим вздохом привлёк её к себе.

— Глупая девчонка, — мягко произнёс знакомый голос, — чего ты плачешь?

Ошарашенная Ван Чжэн обернулась и встретилась взглядом с Чжао Юньланем, который успел прийти в себя и подняться на ноги. Её тут же охватило странное чувство: этот человек точно был её шефом, но… Что-то в нём разительно и невыразимо переменилось.

Сердце Ван Чжэн сжалось: неужели Шэнь Вэй действительно стёр все его воспоминания?

Кубок Шэнь-нуна внимательно осмотрел Юньланя с головы до ног, а затем отошёл на пару шагов и медленно опустился на колени.

— Этот ничтожный слуга приветствует горного мудреца, — его голос полнился уважением.

Чжао Юньлань… Владыка Куньлунь заложил руки за спину и коротко кивнул.