В плену у сказки (СИ)

 — Что-то случилось? И где ты была?

В этот момент в дверь сначала застучали, а затем и вовсе толкнули ее — я почувствовала, что теряю равновесие. Cделала несколько шагов вперед и обернулась.

Запыхавшийся, покрасневший и наполовину голый Эрик появился на пороге, прямо как чертик из табакерки — это нелепое сравнение пришло в голову само собой и вызвало истерический смешок.

Какая до нелепости абсурдная ситуация. Действительно, прямо как в книге.

Я бросила взгляд на место, где стоял Румпельштильцхен, но тот снова растворился в темноте. Зато принц подошел почти вплотную.

— Мне очень жаль! Ты сбежала и не дала даже извиниться.

Эрик посмотрел на меня умоляюще.

— Я не должен был говорить эти слова и смущать тебя. Они вырвались на эмоциях! Прости! Я ни в коем случае не хочу тебя терять. Особенно после всего, что ты для меня сделала.

— Все в порядке. Я не сержусь.

— И я прошу прощения за свое недопустимое поведение, за слова и за украденный поцелуй.

— Эрик, — я положила ладони ему на грудь и осторожно толкнула. — Давай поговорим обо всем завтра? И мне, и тебе нужно время, чтобы успокоиться и прийти в себя.

— Завтра на рассвете я отплываю — вернусь только через несколько дней. Ты придешь меня проводить?

— Конечно, — я улыбнулась.

И он тоже улыбнулся в ответ. Его плечи заметно расслабились. Эрик выдохнул с облегчением.

— Все и правда хорошо?

— Что ж, тогда пообещай мне подумать о нашей свадьбе, — он засмеялся и подмигнул мне, при этом выглядел совершенно счастливым.

— Ага, подумаю. Иди уже.

Он неожиданно схватил мою руку и чинно поцеловал ладонь. Это выглядело бы грациозно при других обстоятельствах, как минимум, будь он одет — а так, просто смешно.

Как только Эрик покинул комнату, резко стало холодно, словно вот-вот мог пойти снег. Я почувствовала приближение непоправимого. Было глупо надеяться, что Румпельштильцхен ушел, а не просто скрылся в тенях.

Ну, может, это и к лучшему? Судьба (или сюжет?) сама преподнесла мне удачную возможность.

Голос колдуна прозвучал как-то надтреснуто:

— Глубокая ночь, а принц — человек. Значит, проклятие снято. Ты в этом поучаствовала?

— Зачем спрашиваешь очевидное?

— И что он имел в виду, говоря про поцелуй и свадьбу?

Я вдруг почувствовала себя отвратительной и гадкой изменницей, которую застукали на ложе с любовником. Вмиг стала грязной. Но пришлось ответить:

Колдун долго молчал, прежде чем подытожил:

— Ты его любишь. Если бы не любила, проклятие бы не исчезло.

Я боялась посмотреть на его лицо и увидеть там боль и разочарование, которые сквозили в его голосе, знаменуя конец. Пусть и не сказки, но определенно всего того, во что превратились наши неправильные отношения. Мне оставалось лишь ударить в основание песочного замка, который уже почти рассыпался.