В плену у сказки (СИ)

Если ударить таким в висок или в грудь, то вполне можно убить.

— Тебе нужно спешить, — ведьма хищно оглядела меня, — без тебя ничего не начнется.

— Вы пришли за книгой? У меня ее нет.

Ее глаза сверкнули, а рука с палкой дрогнула, поднимаясь.

— Я знаю. Ты очень, очень меня расстроила. Не люблю неблагодарных девиц.

Откуда-то появилась стойкая уверенность, что мне не убежать. Я замерла, как олень перед фарами машины, когда ведьма направила палку мне в лицо. Сердце быстро забилось, рискуя разбиться о ребра. Меня затошнило. Ведьма снова оскалилась и произнесла слова, которые я совершенно не ожидала услышать:

— Биббиди-Боббиди-Бу.

Мир померк раньше, чем моя голова ударилась о грязный и теплый асфальт.

Золушка и две ее злобные сестры

Громкое урчание пробиралось в голову и заставляло дребезжать сонный мозг, а массивное и теплое тельце дышало под боком. Я раздраженно провела рукой по шерсти, проклиная тот день, когда завела кота, а потом вспомнила, что никаких котов у меня отродясь не было.

Я резко открыла глаза и непонимающе уставилась на незнакомую люстру, древнюю, с потекшим воском от свечей. Дышалось тяжело из-за гор тряпья, возвышающихся на креслах, и плотных штор, которые едва пропускали свет. Незнакомая комната, непривычные ощущения. Я повернула голову, и рыжие локоны упали на лицо.

Паника, как ядовитый плющ, начала обвивать ребра.

Я пошевелилась, выбираясь из-под тяжелого одеяла, и черный кот проснулся. Его глаза, полыхающие злодейской зеленью, стали последней каплей, и тишина дрогнула от моего визга. Котяра (ох, ну и огромный!) сразу же выгнулся дугой и зашипел.

— Уйди, уйди от меня! — я попыталась встать, но запуталась в длинной рубашке и свалилась на пол. — Ай. — жесткий ворс оцарапал локоть. — Да что за чертовщина?!

— Ты почему кричишь? Тебя напугал Люцифер?

Я замерла, а затем приподнялась, бросая взгляд поверх кровати. У дальней стены сидела лохматая девушка, которая испуганно прижимала к себе одеяло.

— Ты кто? — прошептала я, но этот вопрос был на самом деле не первостепенной важности. — Где я!? Что тут происходит?

Она захлопала ресницами и по-глупому приоткрыла рот. Мои мысли пытались выстроиться в одну четкую линию. Хвост кота метался из стороны в сторону, ударяя по простыни и отвлекая.

— Анастасия? — снова позвала девушка. — Ты пугаешь меня.

Я еще раз огляделась и, заметив дверь, бросилась к ней. Выбраться. Выбраться. Мне нужно выбраться. По сравнению с комнатой, коридор оказался чистым и светлым из-за больших окон — из них открывался вид на неестественно синее небо, которое могло встретиться только на рисунках детей, которые по неосторожности разлили гуашь на белую бумагу.