В сентябре вода холодная

– Чудны дела твои, господи. – Он помахал бумажкой. – Сейчас приходили за вещдоками по вашему делу.

– Кто? – спросила она.

– Не успел представиться, быстро сбежал.

Анна взглянула на документ.

Кладовщик только развел руками:

– Не знаю, как объяснить.

– Как выглядел этот человек?

– Я в это время говорил по телефону. Определенно могу сказать лишь одно – это мужчина.

– Как одет? В штатском или форме?

– В окошко не разглядеть. Но, кажется, плащ был военный.

– Определенно – высокий. Через окошко, я видел только его шею.

– Возраст хотя бы определили? – разочарованным тоном спросила Анна.

– Около пятидесяти… А может, за пятьдесят…

– Ну да… Как говорится, дистанция огромного размера… – хмыкнула Стерхова и кивнула на коробку с уликами: – Здесь нет одного предмета.

– Какого? – Кладовщик заглянул в перечень, а потом в коробку. – Ну да, вижу, нет пистолета Макарова. Ну что же… И такое бывает. В перечень внесут, а потом изымут. Забирайте что есть, а то и этого не останется.

– Пишите. За двадцать лет здесь побывало много людей. Так что вряд ли найдут.

Кладовщик оформил все необходимые документы, Стерхова поднялась в приемную, поставила печать и в преотвратнейшем настроении вышла из управления.

Но здесь ее ждала приятная неожиданность. Из припаркованной «Волги» выглянул Рябцев и помахал рукой:

– Анна Сергеевна! Я здесь! – Он вышел из машины, забрал у нее коробку и поставил на заднее сиденье. – Простите великодушно, что не отвечал на звонки. Вышел по делам, а телефон остался в машине. Память уже не та. Когда увидел непринятые, перезвонил, но вы были вне зоны доступа.

– В подвале, – уточнила она, усаживаясь в автомобильное кресло.

– Я так и подумал. Вы предупреждали, что пойдете в хранилище. Приехал сюда, а тут и вы из подъезда вышли.

– Видите, как удачно все получилось, – мрачно заметила Анна.

– Удачно-то удачно, да что-то вид у вас невеселый, – заметил Рябцев.

– Есть причина. В коробке с уликами недостает пистолета Савельева.

– Он точно там был. Я это помню.

– Кто-то затирает следы…

– Да полно вам, дорогая Анна Сергеевна! Следы по этому делу давно затерты. Никто не знает, как и когда пропал пистолет.

– Но зачем-то его забрали?

– Сие нам пока неведомо.

– Уверена, что дело не в отпечатках…

– На пистолете были только пальцы Савельева. Никаких других. Возможно, преступник опасался, что мы проведем сравнительный анализ пуль и нарезного ствола?

– Но пуль-то нет и вряд ли найдутся. К тому же нам неизвестно, где и в кого стрелял Виктор Савельев.

– Да-а-а… Кругом одни непонятки.

– Вот-вот, – уныло заметила Анна.

Рябцев посмотрел на часы:

– Минут через тридцать будем в Урутине.

Однако в Урутине они оказались гораздо раньше.