В сентябре вода холодная

– Цель вашего прихода?

– Да вы и сами, наверное, догадываетесь…

– Или говорите, зачем пришли, или уходите и не мешайте работать. Кстати, откуда вы узнали, что я нахожусь здесь?

Стерхова усмехнулась:

– Скорее от соглядатаев.

– Меня предупреждали, что вы жесткая женщина. Я впечатлен. – Николай Порфирьевич огляделся: – Надеюсь, у вас здесь курят?

Николай Порфирьевич достал сигару, проехал по ней носом и с сожалением сунул обратно, во внутренний карман пиджака.

– Вопрос заключается в следующем: какие у вас намерения относительно моего сына Евгения?

Хаустов-старший по-отечески улыбнулся:

– Не хитрите со мной, милая девочка.

– Желаете знать правду? – спросила Стерхова.

– И ничего, кроме нее.

– Тогда и вы ответьте на парочку вопросов.

– Всегда пожалуйста!

– Лет двадцать назад на вас был зарегистрирован автомобиль «Гранд Чероки» белого цвета.

– Хороший был зверь. Но сам я машину не вожу. – Он сдержанно хохотнул. – Не имел времени сдавать на права.

– Кто ездил за рулем «Гранд Чероки»?

– Водитель. Уж и не припомню, кто именно.

– Попробуйте запретить двадцатилетнему оболтусу покататься на отцовской тачке.

– Так ездил он на джипе или нет?

– Конечно же, ездил.

– Когда вы продали эту машину?

– Дольше двух лет машины в гараже не держу, сразу меняю. Еще вопросы есть? – спросил Николай Порфирьевич.

– Нет, больше никаких, – ответила Анна.

– Теперь ваша очередь быть откровенной. Надеюсь, вы не собираетесь привлечь его за убийство Горской? Знайте, я готов неприлично потратиться. Скажите, сколько, и, уверен, мы сумеем договориться.

– Я этим делом не занимаюсь, – ответила Стерхова, и на ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Фу-ты ну-ты… – Хаустов-старший по-лошадиному фыркнул. – Значит, мне, как всегда, наврали.

– Друзья неправильно информировали, – уточнила она. – Убийство политиков, крупных управленцев и чиновников – вотчина ФСБ.

– Вот незадача. И сам бы мог догадаться. Старею. – Он встал и шаркающими шагами направился к двери. Выходя, Хаустов обернулся: – С ФСБ я уже договорился. Но и вы имейте в виду, когда возьмете Женьку за жабры, я сам готов заплатить приличную сумму. Он хоть и подлец, но все же мой сын.

В работе следователя случаются тупиковые ситуации. У Анны Стерховой такие тоже бывали, и завершались они по-разному. Иногда прорыва не получалось, но иной раз в голову приходила счастливая мысль, которая не только решала конкретную ситуацию, но и судьбу всего расследования.

Очередной день своей командировки Стерхова начала в читальном зале городской библиотеки, запросив подшивки местной газеты «На страже Родины» за три года – с тысяча девятьсот девяносто девятого по две тысячи первый.