В теле пацана 4 (СИ)

И мне так понравилось, что там до сих пор и живу, хотя король теперь без меня не может.

— Стеклянный утёс? — Встрепенулся Валиант.

— Да, он у меня во владении.

— А три шахты при нём тоже перешли вам? — Спросил уж очень тихо.

— И они, но мы так и не восстановили их работу.

Валиант даже посмеялся в кулачок.

— Что? — Насторожился я.

— Знаете, я держал в тайне некоторые исследования касаемо тех шахт, надеясь по недоброй совести заполучить их себе, — признался Валиант. — Но коль судьба распорядилась, что именно вы теперь владелец. Я с радостью поделюсь секретом.

Навострил я уши, поглядывая на берег, где, всё же, появилась Гертруда с мужчиной и женщиной под руку, похоже, ещё гости.

Посматривая на них, Валиант продолжил поживее:

— Самая дальняя шахта у двойного пика. Там я прокопал довольно глубоко и наткнулся на странную пещеру. Все её стены усыпаны драгоценными камнями чистейшего качества. Но пробыть в ней долго не смог, страх гнал меня прочь, как живой. И в итоге закупорил её обратно. Двое рабочих, которые были со мной, вскоре попытались самостоятельно забраться туда, но сорвались на спуске.

— Нет, что вы, сэр Крис, не в коем случае, злой рок да и только.

— Простите, я зря подумал.

— Я понимаю, мы едва знакомы, — отмахнулся Валиант и дальше снова загадочно: — но это ещё не всё. В той пещере я наткнулся на странный люк. Порода вокруг него и сам он явно не природного происхождения. Подручными средствами вскрыть его не удалось, поэтому оставил это дело.

— Думаете, что — то древнее? — Ахнул, ощущая, как по руке мурашки пошли.

Валиант просто кивнул.

К счастью речь не о той шахте, где я дрался с Уцарией.

Там всё затоплено, такое не забудешь.

— Я копал в Андарии и потом в Энисуэлле, — заговорил Валиант, будто мысли вслух. — Странно, что дальше определённой глубины пройти не получалось, только однажды, в вашей шахте. А в прочих всегда натыкались на вулканическую породу, которая крошила наш металл на кирках и не поддавалась магии. И ведь странно одно, глубина везде одинаковая, на какую нам позволено копать. С этой теорией, подкреплённой обширной практикой, я и явился в Градир…

Потому что Гертруда подошла с новыми гостями, правда никто уже не подскочил.

Все, как оказалось друг друга знают. Да и я этих со званого вечера помню.

Меня тут же и спросили:

— А где ваша очаровательная сестра Инесса?

— С наставником, занимается учёбой, — выпалил. Не буду же я говорить, что она над подарками чахнет, которым нет конца. И прознали ведь проныры ухажёры, куда мы переехали.

Откуда столько поклонников набралось⁈ Или Мостин с прокурором на пару скупили весь магазин самой модной одежды? Я ещё подумываю на молодых друзей — картёжников Гилинга.