В теле пацана 4 (СИ)

Немного посверлила взглядом и заговорила на выдохе:

— Слушай, может, у всех женщин так бывает, но у меня впервые это чувство. Мне не хочется видеть твою физиономию сегодня, если честно. Тебя слишком много, и я очень устала от твоей назойливой персоны. К тому же, мне нужно переварить всё тобою сказанное и показанное. Хочешь скорее, тогда оставляй старый кулон, там все необходимые параметры уже по твоей ауре и восприятию. Если хочешь, чтобы разобралась с остальным, мне требуется немного твоей крови, уж прости за вампирскую ересь. Подозреваю, с трофеями от вампиров без зачарования на крови не обойтись.

— Спасибо! — Восклицаю радостный.

Живенько снимаю кулон, вытаскиваю из кармана Камни. Всё на стол, браслет Гелака уже там. Киваю на щит. Кивает в ответ, мол, оставляй. Спохватываюсь, выкладываю на стол мешок с остальными трофеями. Кивает и на это.

— В кружку или тарелку? — Уточняю на всякий случай, демонстрируя руку.

— Ты что, дурачок? — Фыркает и подаёт наколдованный лабораторный стаканчик.

Колю себя ногтем золотым, отгоняя броню, порывающуюся заделать рану. Фффф, больно, млять. Выдавливаю, капает… Без тени отвращения Ольви подаёт знак, что достаточно.

Передаю, закрывает крышкой невозмутимо.

Смотрит так умоляюще уже, мол, вали.

— Завтра, в это же время? — Спрашиваю полный надежд.

— Нет, это небыстро, мне надо поразмыслить, — отвечает, и уже чувствую, что злится. — Через три дня, раньше не приходи. И вот ещё… Между нами ничего не было, ты понял⁈

Именно сейчас почему — то вспомнился эпизод, как она в полуобмороке брызжет…

— Кристиан, — прорычала магичка угрожающе.

Глава 22. Танки, ружья и Гертруда Рая

Уже на выходе осознал, насколько Ольви выдержанная.

После истерики, которую она мне и вовсе не собиралась выдавать (сам полез), и горьких ощущений от обвала надежд на светлое будущее быстро взяла себя в руки. С их убеждениями и верой, с тем, что она изучала в академии, где ей вдалбливали одно, а она видит другое. Где для неё Уцария, Гелак и Морул — это вечные противники магов, которых изучают циклами напролёт, как аксиому, как нечто монументальное. А тут приходит бастард с репутацией пакостника и лгуна и выдаёт такое. Крошка, они все мертвы, вот их побрякушки, глянь.

Наверное, если бы не письма Гунуа, уговорить так легко бы не вышло.

Крысу жалко. Я погорячился. Почему — то поддался порыву, что она чей — то шпион! Паранойя какая — то закралась в момент, когда всё на тоненького пошло. Но её жертва не напрасна, после наглядного примера Ольви будет осторожнее с камнями. Она ведь не дура.

Не дура? Надеюсь, что нет! Хотя, там одно неверное движение, и ты — пепел. Как они вообще живут, осознавая, что бывает такое?

Вернулся в особняк с приподнятым настроением.