В теле пацана 4 (СИ)

Захромал сразу, но снова встал в стойку уже не с такой рьяной рожей.

— Как вы ушли от выпада? — Спрашивает меня он, при этом подступает, хромая. — Это невозможно.

— Почти попали, сэр гвардеец, — объявляю я. — Предлагаю вам сдаться.

— Дуглас Исид никогда не сдаётся, — выдаёт с оскалом и ковыляет ко мне с обречённым видом.

Толпа затаила дыхание. Под шум воды слышны шарканья бедолаги. Но что — то в его взгляде подсказывает мне, хитрит поганец.

И точно! За три шага до меня, козлина вдруг резко ускоряется. Но крик боли выдаёт его с потрохами. Со стопой всё же проблемы.

Мне не требуется ускорять время, я прекрасно вижу и так, куда шпага летит. Ловко ухожу с линии атаки, будто танцую. И бью в челюсть. Встречный удар, ох мля… что — то хрустнуло. Дуглас прямо носом и рухнул.

В груди моей похолодело, когда понял, что переборщил.

Сам подскочил к неподвижному телу быстрее всех прочих. Шею трогаю. Фух. Пульс есть!

— Прекратить! — Раздаётся бешеное откуда — то из — за толпы.

Зеваки переполошились.

— Кристиан! — Завизжала Гертруда, прорывающаяся через людей. Меня увидела, успокоилась.

Едва сдержалась, чтобы в объятия не кинуться.

Похоже, добилась своего!

— Я же говорила, — слышу от Инессы горделивое. Это она Ольви и Алану втирает, какой я классный…

За минуту полиция набежала, гвардейцев в разы больше замаячило. Ещё один злой старенький чиновник появился, которого я в делегации с Шатуром видел. Они с тем первым пошептались быстро, на меня строгими взглядами посматривая, и пошли прочь.

К фонтану вышел седой и важный, но щупленький гвардеец лет пятидесяти с кучей красивых знаков на кителе, явно не простой.

И объявил громко:

— Сэр Беринг Шатур подписал указ о запрете всех дуэлей до особого разрешения! Кто будет замечен в подобном, арест на тридцать суток независимо от чина, регалий и подданства! При этом за ранение оппонента следует заключение до трёх циклов, в зависимости от степени тяжести, за убийство до десяти! Указ действует с момента объявления! Всё, расходимся, господа!

Быстро же у них штампуются законы.

— А вас, сэр Кристиан Везучий, — обращается крутой гвардеец уже ко мне. — Ждёт глава Сотни с объяснениями.

Прошу принять подобающий вид и следовать за мной.

Рубаху Валиант дрожащей рукой подал. Застёгиваясь, смотрю на милфу радостный. А она в ответ, будто нашкодила.

— Добился своего? — Выпалила с претензией Ольви, мимо проходя с Инессой моей под руку.

Народ расходится, на меня с интересом посматривая. А главный гвардеец терпеливо ждёт, пока заправлюсь.

Глава 29. Беринг Шатур и вечер откровений

Не думал, что даже оркестры умолкнут в главном зале, а люди встанут вопросительно у столиков.