Ванька-взводный

Фильм, снятый на Красной площади, и показавший всех первых лиц на трибуне Мавзолея, имел огромное значение для войск под Москвой, да и на других участках фронта. Услышав сообщение по радио о параде, Иван зашел к начальнику госпиталя капитану Евдокимову, но не с целью сказать ему, что «я же говорил!», а попросил выписать его, так как отпуск заканчивается в 21.00. Ответил тот грубовато:

– Не дала? Она никому не дает! У нее муж в армии, и давно нет о нем известий. Летчик. Не обращай внимания. Выписать не могу, рана еще не закрылась. Я имею право продлевать отпуска. Продления у тебя не было.

– Оно мне не нужно, и отпуск не нужен, товарищ капитан.

– Отпуск нужен всем, даже мне. Не мозоль мне глаза.

Пришлось решать этот вопрос через штаб бригады, но из-за погоды самолеты никуда не летали, поэтому, даже получив назначение, пришлось возвращаться в «свой домик», сходить на очередную перевязку. Но Наташи в перевязочной не было. С Галиной, еще одной вчерашней знакомой, он поделился тем, что уже не в отпуске и ждет борт.

– Девочки сегодня не придут, они на сортировке, вернутся только утром, а после сортировки только спать хочется. Улетаешь, значит? Ты же не долечился.

– Заживет, теперь точно заживет.

– Возможно. – Галина завязала узелок на бинте, щелкнула его пальцем по носу. – Свободны, товарищ лейтенант!

Через пару часов, уже после отбоя, кто-то постучался в его комнату.

Вошла Галина в новеньком белом полушубке.

– Еще раз здравствуйте, товарищ лейтенант. Я тут вам кое-что на дорожку принесла, – сказала она и прошла к столу, на который выложила несколько свертков, десяток индивидуальных пакетов, поставила небольшую медицинскую бутылочку. Вернулась к двери и закрыла ее на щеколду.

– Что ж вы, даже раздеться не поможете?

Визит был совершенно неожиданный, и Иван несколько растерялся, но помог снять полушубок и сапоги. Девушка достала из кармана халата тапочки и прошла к обратно к столу. Быстро нарезала хлеб, сало, разлила уже разведенный спирт, поставила свечу на стол и зажгла ее. Затем погасила яркую лампу под потолком без абажура.

– Мне не нравится яркий свет в ночное время, операционную напоминает. Что ж вы сидите на кровати? Проходите к столу, я проводить вас пришла.

Сразу после того как выпили по чуть-чуть, стоя, за «Победу», Галина подошла к нему и крепко, требовательно его поцеловала. Ее язык попытался раскрыть Ивану губы, и под двойным халатом у нее ничего не было, она прижалась к нему и положила его руки себе на ягодицы. Своей рукой начала расстегивать халат. Она пришла за «этим»! В общем, местное начальство не сильно поощряло отношения между сан- и ранпер-соналом. Могло и на фронт отправить за такое. А это – не территория госпиталя, и Ваня – отпускник, более того, в госпитале больше в ближайшие дни не появится.