Ванька-взводный

– Мы организуем Государственные испытания этого оружия.

– Есть! Здесь последние сообщения тех агентов, с информацией от которых вы просили знакомить вас лично.

– Давайте их. В чем причина задержки ликвидации Эриха Коха?

– Стал реже бывать в своей резиденции. Завтра полковнику Медведеву будут направлены самолетом новые гранатометы. Думаю, что это существенно ускорит приведение приговора в исполнение.

– Хорошо, товарищ Меркулов. Вы будете включены в состав государственной комиссии, как и капитан Артемьев. Работайте! – Комиссар первого ранга вытянулся, повернулся кругом и, притворив первую дверь, вынул из кармана платок и промокнул вспотевший лоб.

Доклад прошел успешно и не вызвал отрицательных эмоций у Верховного, хотя вопросы затрагивались очень скользкие! Ведь Сталин согласился с оценкой действий группы Артемьева, данной в феврале Генеральным штабом. Но на носу июнь, меняются сейчас не только времена года!

В Андреаполе внезапно приземлился самолет представителя Ставки, Ивану приказали сдать дела, выделив для этого десять минут, и следовать в Москву. Маршал Советского Союза Жуков посмотрел на него недобрым взглядом, проходя мимо стоящего навытяжку Ивана у борта самолета. Ивану один из ординарцев показал одно из кресел в самом конце салона. Самолет был американской постройки, чисто штабной, со столиками, буфетом и прочими «излишествами», две «восьмерки» «кобр» и «спитфайров» крутились вокруг него весь полет. Выходили из самолета все в том же порядке, что и входили. Иван вышел последним из пассажиров. Сел в указанную ему машину, и оказался на Измайловском полигоне ГАУ, где, наконец, увидел кое-кого из своих. В том числе Женю Аграновского.

– Здравия желаю, товарищ капитан. У нас сегодня контрольные стрельбы, в присутствии членов Государственной комиссии. Вам требуется пройти вон к тому столику и расписаться.

– Вы – член комиссии.

– Ух ты! Как отстрелялись до этого?

– Сейчас распишетесь, и покажу.

Но у столика стояла очередь, все ждали чего-то, поэтому Иван сделал знак Евгению, и тот повел его смотреть попадания по стоящему в 250 метрах незнакомому большому немецкому танку.

– Это «элефант» или «мамонт» 502-го тяжелого батальона немцев. Сто миллиметров брони, почти двести в районе маски. 92 снаряда 88 миллиметров. Применялся под Ленинградом и Харьковом. Этот из-под Ленинграда. А вот это – дырки от вашего гранатомета.

– Нашего гранатомета.

– Вашего, вашего, все в курсе.

– Понял, – сказал Иван и покачал головой.

– Вон там стоит генерал-инженер Галицкий, очень хотел с вами познакомиться.

– Ну, будем говорить так, он – крестный отец этого гранатомета. Так что не будем ему отказывать.

Но дойти до генерала не успели.