Безбашенная

А жить с женщиной я категорически не хотел. Поэтому…

— Сколько у тебя было максимум одновременно женщин.

— Одновременно — это в моей кровати?

— Нет. Одновременно — это периодический секс с ними в один период.

— Какая странная анкета.

— Не жадничай. Заполняй.

— Наверное, четыре.

— Как часто тебе нужно трахаться сейчас, чтобы не испытывать сексуального напряжения?

— Утром и вечером. Хотя бы. Но… Я научился использовать это напряжение, как потенциал и наслаждаться им. Поэтому пара глубоких сессий в неделю, где я кончаю два-три раза для меня теперь вполне достаточно, чтобы не обламываться.

— Сейчас это есть у тебя?

— Я подъехал. Жду…

Скидывает вызов.

Я не чувствую, что у него есть женщина. Зато я отлично чувствую его сексуально напряжение.

— Макс, спасибо, зачет за приключение, — целую я его в краешек губ. — Следующий ход мой.

— А можно что-нибудь не слишком экстремальное?

— Легко. Хочешь в театр?

— Ммм… не уверен. Я там ни разу не был.

— Тогда, я тебя приглашаю. Постановка по книги Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом». Если не кончишь сам, то полюбуешься, как несколько раз в процессе кончу я.

— Уболтала! — ухмыляется он. — Когда?

— Куплю билеты — позвоню.

Макс с хитрым прищуром смотрит на тачку Олега.

— Он не только делает ставки на гонках, он еще и в морги ходит на экскурсии.

— Он вообще медик по образованию, чтобы ты понимал! — улыбаюсь я. — Может он скучает по моргам.

— Серьезно?

— Пошутила, конечно.

— Я на счет медика!

— А… да.

— Какой разносторонний дядечка…

Махнув Максу лапкой, иду к машине Олега.

— А ну-ка посмотри на меня… — перехватывает он меня за подбородок, рывком разворачивая лицо.

— Олег! — уворачиваюсь я. — Что за вольности?

Но он перехватывает теперь двумя руками, держа рукой за затылок.

— Я не понял…

— Это не то, что ты думаешь, папочка! — начинаю угорать я.

— Почему зрачки расширены?!

— Это атропин.

— Оу… — осаживается он, тут же убирая руки. — А зачем?.. Ты была у офтальмолога?

— Эм… нет. Я просто…

— Туманова не беси меня. Ты что сама себе закапала атропин?!

— Да.

— Зачем?!

— Мне нужно было изменить глубину резкости зрения в сумерках. Просто небольшой эксперимент…

— Почему тебе несовершеннолетней девочке продают серьезные лекарства?!

— Наверное, из той же логики, что и алкоголь.

— Детка, — сжимает он переносицу. — Для чего?

— Я не готова рассказывать такие личные вещи.

— Я только что тебе рассказывал детали своей сексуальной жизни. Поэтому… Говори немедленно!"

"— Понимаешь, я хотела посмотреть, как видят кошки. Расширенный зрачок меняет глубину резкости. И качество бокового зрения. Кошки же видят не только наш мир, они пограничники…

— Можно я тебя ударю. По заднице. Ремнём.

— Нет.