Безбашенная

Это хорошо…

Он достает огромный букет роз с заднего сиденья.

Ооо… Надеюсь это последняя щепотка ванили в предстоящий вечер!

Забирая, влетаю в его объятия.

На холодном ветру его горячие губы прекрасны! И закрывая глаза, я растворяюсь в его желании, кипении, порхании…

Да, да, да!!!

Его пальцы сжимают мою попку так требовательно, что бедра почти мгновенно сводит от возбуждения."

"Через свои брючки я чувствую, как упирается мне в живот его член.

Мне любопытно… Какой он будет?

Главное, чтобы не больше, чем у Аронова!

— Добрый вечер, Женечка!

В моей голове короткое замыкание и наши губы притормаживают.

Внутренности тут же сжимаются в комок.

Медленно разворачиваюсь в Диминых руках, расцепляю их.

— Олег?..

Я не узнаю его глаза. Обычно спокойные… сейчас из них фонтанирует ядом!

— Новая помада… — смазывает остатки помады с моих губ большим пальцем.

В моей пустой голове продолжает щелкать холостыми.

— Новая игрушка… — кивает на Димку.

Я чувствую, как он ожесточается, словно увеличиваясь в размерах и закрывая собою свет.

Затмение не только в моем мире.

— Как развлеклась, детка? Расскажешь? — губы изгибаются в жестокой ухмылке. — Все горячие подробности, м? Соскучился по твоим сказкам.

Чего происходит, вообще? — хлопаю на него глазами. — Что он несет?

— Олег…

Чувствую, как меня зажимает между ними в сильных ревностных болезненных чувствах. Легкие сдавливает!

И они нарастают, нарастают, нарастают!! И меня раздавит сейчас!

— Поехали, домой, Женечка, — прорывает вдруг из него совсем другое, наше, глубокое, болезненное. — Я очень устал и соскучился. Не могу больше…

Окончательно вылетаю в прострацию.

Я, бл*ть, сплю? Это кошмар?

— Жень, это что за черт? — оживает Дима, напоминая мне что происходящее реально.

Это не черт, Димочка, это Демон!

В мгновение ока, я оказываюсь в руках Аронова, пролетая мимо рук Димы.

— Не надо трогать… Это — моя женщина.

Его губы касаются моего виска, Димка охреневая смотрит на это.

Нет, нет… Погодите-ка!

Толкаю Аронова в грудь, но он словно не чувствует. Его мышцы, как канаты.

Он оттягивает меня в сторону, чтобы я не стояла между ними.

— Все, что ей было можно, она тебе уже дала.

И, может быть, первый раз в жизни я чувствую себя фигурой на шахматной доске. Это партия, Аронова, да!

Нет, реально? — охреневаю я, пытаясь поймать его взгляд. — Реально?! Осознанно ты двигаешь мной сейчас, чтобы срубить ему голову?! Ну, конечно! Тут без вариантов!

Из моих рук вываливается букет.

— Женя? — я чувствую, как тормозная моего Семьсот двенадцатого начинает подтекать. — Объяснишь?

Сейчас будет пи**ец!

— Ты что делаешь? — взрываюсь я, хватая Аронова за ворот куртки.

— Что такое? — ухмыляется он мне зло. — Он был не в курсе? «Ой».