Ваше Сиятельство 4т (СИ)

Однако мы в России и я — граф, а она лишь баронесса.

— Безмерно рад знакомству, — сказал я и провел пальцем по внутренней стороне ее ладони, отчего чеширская кошечка вздрогнула и приоткрыла ротик. — Вы, Элизабет, само очарование. Ваше фото впечатлило меня, но оказывается фотография не в состоянии вместить ваших великолепных достоинств.

— О, ваше сиятельство! Зачем так говорите? Теперь это… Слова эти беспокоят мое сердце! — сказала она на плохом русском, но очень пылко.

В самом деле, зачем я ей это сказал? Чего я хотел этим добиться? Пожалуй, я, как Астерий, безошибочно угадал в ней суку и захотел поиграть с ней в ее же игру, в которой она точно не выиграет. Да, она заметно старше меня, и вовсе не факт, что пожелает играть со мной. Но есть такой тип женщин… Например, как мачеха Талии — Светлана Ионовна, губы которой с большим желанием нашли мои. Это произошло не без причины, и флюиды Астерия здесь не причем: просто Ионовне хотелось этим поступком и желаемым продолжением отомстить моей матери за то, что вокруг нее вился барон Евстафьев. Вот и английская баронесса сейчас имеет интерес ко мне — я его чувствую ментально. Сильный интерес, и он также не совсем здоровый, как у мачехи Талии. Элизабет и Светлана Ионовна даже чем-то похожи внешне и немного в повадках, о которых я мог судить в первые минуты знакомства.

За столом нам прислуживала Надежда Дмитриевна — Ксения снова уехала на два дня в деревню. На ужин был гусь, запеченный с фруктами и анатолийскими травами, грибы в сметанном соусе, осетр гриль, горячий, еще исходящий ароматами, и салат с крупными розовыми кусочками сахалинских крабов. Конечно вино. С Кипра, семилетней выдержки — его Дмитриевна принесла в запотевшем глиняном кувшине. Это было по-деревенски, но лишь придало колорита нашей трапезе. Вышло так, что я сидел рядом с Элизабет, а Майкл с мамой. И Майкл, вдохновленный свежей беседой со мной, близостью графини и, наверное, присутствием сестры, говорил очень много, шутил, восхищался нашей кухней и вином.

Я же не слишком многословно общался с Элизабет. Ответил на несколько ее вопросов по астральной магии и магии сновидений, которая была в моде в Западной Европе. А потом мне захотелось попробовать на ней шаблон магического воздействия «Мангад урф» или в переводе с лемурийского «Золотой Срез». В этом мире я использовал его лишь однажды на Даше. Уже не помню: во второй или третий день пребывания в теле графа Елецкого — тогда я лишь хотел проверить, как мои магические заготовки взаимодействуют с эрминговыми потоками. Я не люблю эту магию, вернее не уважаю: она проясняет, что чувствует в данный момент испытуемый: его ментальное состояния, желания, иногда можно услышать мысли.