Вдовствующая герцогиня замка Оргарон

Одна дриада протянула мне ветвь-руку, усыпанную бирюзовыми ягодами. «Он в корнях», – прошептала она, но когда я наклонилась, из-под мха высунулись когтистые пальцы декоратора из театра. Я рванула прочь, спотыкаясь о говорящие камни, которые бубнили: «Ты опоздала, опоздала, опоздала…»

Вдруг лес расступился, открыв поляну с вращающимся дубом из оперы. На ветвях вместо листьев висели театральные билеты, а Ричард стоял спиной, разговаривая с собственной тенью. Я крикнула его имя, но из горла вырвалась лишь стая светлячков, осветивших надпись на коре: «Ложа для избранных – вход воспрещен».

Проснулась я с ощущением, что час продираюсь через паутину. Подушка лежала на полу, простыни спутались в узел. А у меня самой было настроение: «Всех убью, одна останусь».

– Приснится же такая чушь, – проворчала я, поднимаясь с постели и потягиваясь. Мышцы болели, как будто по ним проехал как минимум каток, как максимум – танк. – Чтоб я еще раз сходила на местную оперу!

Вспомнив грибы с глазами на шляпках, я вздрогнула. Фантазия у меня, конечно, бурная. Хорошо, что не буйная. Интересно, тут, в этом мире, есть клиники для душевнобольных? Или их просто запирают в собственных комнатах на веки вечные? Боги, ну вот о чем я думаю?! У меня ни замок, ни имение целиком к зиме не подготовлены, а в голову всякая чушь лезет!

Сразу после завтрака приехал Дирк, с докладом.

Мы уселись с ним в гостиной на первом этаже, друг напротив друга.

– С посевной закончили, вашсиятельство, ежели дожди с градом не побьют и не потопят посевы-то, то зимой проблем не будет, – Дирк перекладывал потрепанную тетрадь с записями с колена на колено, оставляя грязные отпечатки на обивке кресла.

 – Фрукты с ягодами вроде тоже завязались, да вот в Рыжей Слободе гусеницы объели половину яблонь – травницу позвали, пусть отваром полыни брызгает. – Он потянулся за кувшином с водой, хлебнул глоток, оставив мокрый след на рукаве. – Колодцы-то мы почистили, да в Заречье сруб новый ставили – бревна подгнили, еле устоял. А в Нижних Холмах опять скотина хворает – три коровы с кровью кашляют, знахарь говорит, что от плесени в сене. – Дирк перелистнул страницу, сверяясь со списком. – В лесах капканы появились. Браконьеры шалят, ловят лис на шубы да волчат для травли. Ну ничего, и на них управу найдем. Да еще мост через реку Висар рухнул – телеги с зерном объезжают через болото, колеса тонут. – Он почесал щетину на подбородке. – В кузнице мехи сломались – кузнец клянчит деньги на кожу новую. А в амбаре у старосты в ближней деревне крыша течет – мешки с мукой промокли, придется сушить.

Я слушала Дирка, перебирая перья на столе – одно сломано пополам, остальные вроде нормальные, пригодны для письма.