Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

Зэк подозрительно поглядывал на меня и постоянно хмурил брови.

— Только не вздумай кого-нибудь навести!

— Я это уже слышала. Никого наводить я не собираюсь. Мне этого не надо. Хоть ты мне много плохого сделал, но считай, что я тебя простила. Все-таки не с курорта сбежал, а из тюрьмы.

Зэк накинулся на еду, но вдруг резко вскинул голову и внимательно посмотрел на меня.

— В чем дело? Бабка не так курицу пожарила или картошку недоварила?

— Я подумал о том, что даже не знаю, как тебя зовут.

— Очень приятно познакомиться.

— Не ври, тебе совсем не приятно это знакомство.

— Можно подумать, если бы ты был на моем месте, то тебе бы понравилось все, что сегодня и вчера произошло.

— Давай каждый из нас останется на своем месте.

— Ради бога. Я совершенно не хотела бы оказаться на твоем месте.

Меня как-то свое больше устраивает.

Зэк выпил самогонки, потом снял шорты и трусы. Я тихо спросила:

— Иди ко мне. Я думаю, сейчас мы сможем отдохнуть без пистолета.

— Стоит. Я же не виноват, что у тебя так хорошо получаются некоторые вещи…

— Господи, и откуда ты свалился на мою голову, — прошептала я, скинув платье.

…В эту ночь зэк был удивительно нежен и даже шептал мне на ухо ласковые слова. Я закрыла глаза и подумала о том, что и сама не ведаю, что творю. Лежу в каком-то заброшенном доме совершенно голая, а зэк, сбежавший из тюрьмы, изо всех сил пытается доставить мне удовольствие. Я расслабилась и позволила ему делать с собой то, что никогда не позволяла другим мужчинам. Во всем этом кошмаре был один плюс: я утолила свой животный инстинкт, вволю насладившись острыми сексуальными ощущениями. Зэк взял меня на руки и отнес на кровать. Я свернулась калачиком и крепко уснула. Зэк сидел рядом, гладил мои волосы и что-то шептал…

Утром я проснулась оттого, что зэк слегка тряс меня за плечи.

— Таня, просыпайся, тебе пора.

Я быстро оделась. Бинты на моей простреленной руке стали черного цвета, и я опять подумала о заражении крови. Зэк сидел на кровати и с грустью наблюдал за мной.

— Бинт совсем черный.

— Ничего, приедешь домой, поменяешь повязку.

— Только бы заражения не было.

— Ничего не будет, — усмехнулся он. — Ты одна живешь или с родителями?

Я достала косметичку и подкрасилась.

— Может, подкинешь адресок? Как все улажу, встретимся.

— У тебя кто-то есть?

— Я не стала бы встречаться, даже если бы у меня никого не было.

Что плохо началось, то хорошо не закончится.

— Выходит, ты здесь со мной отрывалась по полной программе только потому, что эта история не имеет продолжения?

— Верно. Это оттого, что мы с тобой больше никогда не увидимся. Нам нет смысла встречаться. Мы разные. Я не пью самогонку и не ем собак, да и вообще не привыкла к грубому обращению и рукоприкладству.