Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

 — Какая польза от красоты?

— Это ты правильно подметила. Красотой сыт не будешь и на хлеб ее не намажешь. Вот, например, братец твой красотой не блещет, но зато деньги может из воздуха делать.

— Неправда. Мой брат самый красивый.

— Посимпатичнее, конечно, некоторых придурков, которые встречались на моем жизненном пути. А ты уверена, что твой зэк сидит в деревне и ждет помощи? Может, он уже умер от голода?

— Не должен. Я ему оставила немного денег.

Услышав, это. Марта схватилась за голову:

— Так он еще и безденежный?!

— Может, у него временные затруднения, ведь он все-таки из тюрьмы сбежал.

— Запомни, Танька, деньги должны быть всегда. Если в кармане пусто, значит, мужик не добытчик. Такой только слюни умеет пускать. Найдет какую-нибудь дуру и тянет из нее все соки. Надо уметь делать деньги. Как — неважно. Главное, урвать побольше, чтобы жить достойно, а не прозябать в нищете. Вот братик твой молодец! Старается, только работает не в полную силу. Мог бы и побольше добывать.

— Марта, имей совесть. Он и так вкалывает как ненормальный. Ты его хоть немного жалей. Еще эта кража дурацкая. Он, наверное, помрет, пока весь твой гардеробчик восстановит. Твои шмотки всегда по цене зашкаливали.

— Мужчин нельзя жалеть. Их раз пожалеешь, и все пропало. Не так уж и устает твой братец. Он же не у станка стоит. Я видела, как он бабки загребает. Ему сами носят.

— Это тоже тяжелая работа. Сделай так, чтобы тебе сами носили. Просто никто не принесет. У него работка — будь здоров. Сплошные нервы. Мне всегда хотелось, чтобы он нашел себе спокойную, милую женщину, которая бы подарила ему красивых детишек и заботилась о нем как мать. Так нет же, он нашел себе жуткую стерву и будет теперь мучиться всю жизнь.

— Это еще неизвестно, кто с кем мучиться будет. Я пока не готова к тому, чтобы родить. Вдруг у меня фигура испортится?

— Славка тебя любую будет любить. Он на тебе помешан. Можешь смело толстеть.

Когда мы стали подъезжать к деревне, я начала волноваться.

— Ну и где же твой голодающий? — с нетерпением спросила Марта.

— Может, он и не голодающий вовсе. У его друга в Кронштадте джип был. На голодающих покушение не готовят и из автоматов по ним не стреляют.

— Может, один джип на десятерых. Хозяина днем с огнем не найдешь.

Заехав в деревню, я посмотрела на Марту и спросила:

— Ну как, впечатляет?

— Жутковатое местечко, ну и где же устроился твой ненаглядный?

— Вон там, у самой реки.

Мы подъехали к дому. Зэка нигде не было видно. Мы вышли из машины и зашли в дом.

— Я и не знала, что ты у нас любительница острых ощущений. А это, насколько я понимаю, ваше любовное ложе. — Марта показала на массивную железную кровать, на которой лежало мое покрывало.

— Вадим! — крикнула я. В доме никого не было.

Мы вышли и сели на берегу реки.