Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

Я села на кушетку, опустила голову и закрыла глаза. Все-таки как порой бывает тяжело сдерживать слезы, особенно если они застилают глаза…

Как только операция закончилась, Марту перевезли в палату интенсивной терапии. Наркоз еще действовал, и она крепко спала. Понимая, что мне не избежать разговора с братом, я спустилась на первый этаж, чтобы позвонить ему. Славка моментально снял трубку. Мне ничего не хотелось объяснять по телефону, поэтому я быстро сказала, что с Мартой случилась беда, назвала адрес больницы и положила трубку.

Брат примчался так быстро, словно прилетел на самолете. Поняв, с какой скоростью он ехал, я подумала о том, что могла потерять не только Марту, но и его. Самое странное, что Славка даже не попытался выяснить, что произошло. Он взглянул на мое перепачканное сажей лицо и прорвался к Марте. Сколько часов он провел в палате, я не знаю, но когда вышел, сел рядом со мной на коридорную кушетку и опустил голову.

— Она спит? — спросила я чуть слышно.

Мы сидели молча. Я понимала, что он думает о том, справится ли с этой бедой Марта, сможет ли она жить дальше, да и захочет ли… Славка по-настоящему любил Марту, поэтому то, что она осталась без руки, для него не имело никакого значения.

— Ты ее видела? — нарушил он молчание.

— Марту? Конечно, — ответила я.

— Да нет, руку, которую оторвало.

— Видела. Она сгорела. Ее нельзя было спасти. Она превратилась в головешку…

— Ты смотрелась в зеркало?

— Ты похожа на трубочиста, — постарался улыбнуться он. — Пойди умойся. Я жду тебя в машине.

Я зашла в туалет, припала к умывальнику и громко заревела.

Наплакавшись вдоволь, я почувствовала себя лучше и направилась к Славкиному джипу.

— У тебя глаза красные. Хватит реветь. Поехали, — сказал он.

— Тут недалеко живет мой товарищ. Сегодня переночуем у него. А завтра с утра будем у Марты. Мне сказали, что сегодня она будет еще спать. Завтра с ней уже можно будет поговорить.

— Как прошла операция?

— Нормально, — пожал плечами брат.

— А какие будут последствия?

— Последствие будет только одно. Ей придется научиться жить без руки…

Мы молча доехали до небольшого старинного дома. Славка поставил машину на стоянку и повел меня к своему товарищу.

— Ты, по-моему, никогда в Новгороде не была?

— В первый раз. Всегда только проездом.

Хозяином квартиры оказался крупный мордоворот с массивной цепью на шее, напоминавшей цепь, на которую сажают собаку. Он поприветствовал Славку радушным рукопожатием и смерил меня оценивающим взглядом.

— Ты что, Славик, не мог вторую девочку зацепить? Если не захочешь делиться, придется кого-нибудь заказать у Леньки по закупочной. Ты хотя бы позвонил, я бы все организовал по высшему классу, все-таки давно не виделись.