Венчальное кольцо Нибелунгов

 – Алина не оставила бы меня в плачевном положении, но мне – мне требовалось гораздо больше, чем шуба с барского плеча, понимаете? Я хотела изменить свою жизнь, и моим единственным шансом был Павел Каюров. Я пришла к нему в кабинет, выдержав настоящий бой с секретаршей. Он не узнал меня, представляете? Я швырнула на стол газету со статьей, где Алина рассказывала сказки о своем детстве, и он сообразил, что к чему.

– Вы шантажировали Каюрова?

– Можете и так это называть, если угодно, – пожала плечами Ирина. – Он знал, что делал, когда придумывал красивую легенду для Алины!

– Но дело не в этом, верно? – предположила Рита.

– И все эти годы вы хранили тайну?

– А как изменились ваши отношения с сестрой после шантажа?

– Да уж, – пробормотала Рита, представив себе реакцию певицы, узнавшей вдруг, что долгие годы она жила в выдуманном мире – мире, созданном Павлом Каюровым.

– Как получилось, что вы стали его любовницей? – поинтересовалась Рита, чтобы не позволить Ирине вновь налить себе выпить.

– Алина давно перестала пускать Павла в свою постель. Он не из тех мужчин, что берут женщину против воли. Каюров мог врать без зазрения совести, воровать, но насиловать – никогда. Я оказалась под рукой – одинокая, без любовника. Он застал меня в нужный момент. Так все и вышло – банально, да? Алина не стала возражать. Честно говоря, она вздохнула с облегчением, ведь теперь не приходилось изобретать отговорки, чтобы держать Павла на расстоянии.

– И все же, когда Каюров обратился к вам с предложением избавиться от Алины, вы отказались?

– Она – моя сестра! Кровь, как говорится, – не вода… Знаете, живя дома, я думала, что сестра купается в серебре и золоте, в общем – вся в шоколаде. Став ее правой рукой, я поняла, как сильно ошибалась. Алина ничегошеньки не видела – и в прямом, и в переносном смысле, – кроме работы. Она постоянно пела, летая из города в город, но с тем же успехом могла оставаться на одном месте, потому что Павел следил за тем, чтобы у нее не было свободной минуты. Даже я гуляла по Риму, поднималась в Париже на Эйфелеву башню и ходила в музей мадам Тюссо в Лондоне. Алина все это время проводила в театрах. Еду доставляли в номер: Павел не хотел, чтобы она общалась с посторонними. Интервью Алины выверялись им до запятой, а я должна была следить за тем, чтобы она не отклонялась от написанного. Павел встречался с журналистами заранее и требовал предоставить список вопросов, которые собираются задавать Алине, так что ни о какой спонтанности ее ответов говорить не приходилось! Павел режиссировал каждое ее появление на публике и в прямом смысле держал за руку. Поэтому Алина так радовалась вначале, получая письма от неизвестного поклонника.