Венец безбрачия белого кролика

Госпожа Николаева, отдайте ключи, уходите и более здесь не появляйтесь. Я не такая добрая, как мой муж… покойный муж.

И слезы по щекам. Во..!..! Я давай правду полицейским говорить:

— Брешет! Она не живет здесь. И про катастрофу точно наврала. Обыщите кабинет! Тут стояли сумки с валютой! И вообще Попов — гей! Он мне десять миллионов обещал! Пусть эта… их прямо сейчас мне отдаст!..!

Артемона глаза рукой прикрыла.

— Господа, кто-нибудь подойдите сюда. Вот мой ноутбук, открыт поисковик, там сообщение о крушении, список тех, кто никогда домой не вернется. Фамилия — Попов. Имя — Филипп. Проверьте мой паспорт. И уведите сумасшедшую. Еле-еле на ногах держусь.

Парни ко мне, я от них бегом, кричу:

— Неправда! Где мои десять миллионов! Она вас дурит, сама в Интернете про катастрофу написала. Вот же..!..!..! Не разбивался самолет! Воровка она!

Снова раздался мой голос:

— Чем все завершилось?

— Повязали меня. Ключи отняли. В отделение увезли, в обезьянник сунули. Вона как! Потом отпустили. Артемонка … заявление не написала. Да не по доброте своей! Не нужен ей был скандал, но я в суд на нее подала! Вот! Кредит взяла! Адвоката нашла! Мои десять миллионов. Артемона же..!..!..!

Борис выключил диктофон.

— Далее на записи сплошная ругань, — пояснил я.

Семен посмотрел на супругу.

— Ты мне ничего не говорила о скандале с горничной. И о поездке к Филиппу домой. И про деньги!

— Сумки с валютой Регине померещились! И ты знал про мое посещение апартаментов.

— Нет, — настаивал муж.

Жена горестно вздохнула.

— Милый, кто хоронил Попова?

— Мы, — ответил супруг.

— Можно упокоить человека, не имея на руках документов?

— Паспорт Филиппа сгорел при крушении, — продолжала Артемона, — но у него была копия, еще загранпаспорт, наше свидетельство о браке. И бумаги на квартиру. Я принесла тебе все документы. Так?

— И где я их взяла? — нежным ручьем журчала супруга.

— Ну… — протянул Глаголев.

— Правильно, — кивнула Артемона, — у Попова дома. Ключи у мня были еще с тех пор, когда я там жила. Замки он не перекодировал, знал — я честный человек, никогда без звонка к мужу не заявлюсь. А может, он элементарно забыл, что связка у меня. И перед его похоронами в апартаментах Попова я раз пять была, брала костюм, рубашку, галстук, обувь для похорон. Разбирала потом его вещи.

— Да, — пробормотал Семен Сергеевич, — прости, милая, я на самом деле плохо помню…

— Конечно, — сказала Арти, — прошло несколько лет. Ты тогда был потрясен смертью Екатерины. Не спорь. Очень хорошо понимаю: она тебе опротивела, но внезапная кончина, да еще в авиакатастрофе! Это сильное потрясение для человека, даже для того, кто разводиться решил. Ты Екатерину в начале совместной жизни любил.