Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2

– Вы предполагаете, что Камерон уже возвращается за нами? Может быть, у него испортился мотор, и он…

– Слишком рано! – покачал головой Мейсон. – Сиди тихо, Делла. Где ты?

– Возле печки. Наверху, – сказала она. – А если это убийца?

– Тише! – Мейсон перебрался к ней в темноте. – Давай-ка отыщем фонарик.

– Я уже его искала. Когда судно накренилось, он, очевидно, свалился со стола… Вот, шеф, возьмите кочергу. Она тяжелая и…

Внезапно они ясно расслышали, как шлюпка ударилась о корпус яхты.

У них над головой раздались тяжелые шаги по палубе, заскрипела отодвигаемая вбок задвижка.

Мейсон потянул Деллу к проходу в заднюю каюту.

Едва они успели скрыться, как луч электрического фонарика на мгновение осветил первую каюту и тут же исчез. Несколько секунд незваный гость постоял неподвижно на месте, затем его шаги загрохотали по наклонной палубе, кто-то грузно спрыгнул в шлюпку. Заскрипели весла.

– Быстро! – крикнул Мейсон, устремляясь к сходному трапу. – Найди фонарик, Делла. Пошарь по полу в нижней половине каюты, он должен был скатиться туда.

Мейсон побежал вверх по трапу, высунул наружу голову и плечи и сразу же почувствовал, какой сырой и холодный ночной воздух.

Плотный туман вился над водой, как покрывало, приглушая все звуки, искажая перспективу.

В молочной мгле было слышно, как кто-то с панической суетливостью бестолково работает веслами.

– Эй, вы! – закричал Мейсон. – Возвращайтесь назад!

Скорость гребков удвоилась, никакого иного ответа из залитой туманом темноты не последовало.

– А вот и фонарик, шеф!

Делла сунула металлический цилиндр в протянутую руку адвоката. Он нажал на кнопку и направил луч света в туманную завесу. Это оказалось не более эффективным, чем если бы этот самый луч попытался проникнуть сквозь разбавленное водой молоко.

Шум весел все заметнее ослабевал.

Мейсон едва слышно выругался.

– Что его спугнуло? – удивилась Делла. – Мы же сидели тихо как мыши.

– Печка, – объяснил Мейсон. – Он отодвинул задвижку над спусковым трапом, навстречу ему пахнуло теплом. Он понял, что на яхте кто-то есть.

– Господи, шеф, до чего я напугалась! У меня до сих пор коленки дрожат!

Мейсон притянул ее к себе. Он выключил фонарик и стоял, прижимая к себе девушку и чутко прислушиваясь.

Единственное, что можно было ясно различить, – это падение капель сконденсировавшегося тумана с борта яхты. Других звуков не было слышно.

– Очень может быть, – сказал Мейсон, – что он перестал грести и пустил свою лодку по течению. Господи, как мне хочется, чтобы поскорее появился Камерон со своей лодкой!

Они стояли, чутко прислушиваясь. Делла забеспокоилась:

– Шеф, мне кажется, что я опять что-то слышу.

Едва различимый звук постепенно усиливался, превратившись, несомненно, в стаккато подвесного мотора.