Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2

Так вот, мистер Бартслер считает, что это самый лучший способ увидеть вещи с соответствующего расстояния, как он это определяет. Он утверждает, что единственным способом защиты от некритического проглатывания глупостей, подаваемых нам сейчас в виде неопровержимой логики, является знакомство с иллюзиями прошлого, украшенными внешне доказательствами, основывающимися все на той же неопровержимой логике.

– Ну что ж, – согласился Мейсон с улыбкой, – трудно отказать ему в определенной дозе правоты. Конечно, если кто-то хочет столько потрудиться, чтобы обосновать свой скептицизм.

– Дело в том, что он хочет, – продолжала Диана Рэджис. – Он утверждает, что американцы как маленькие дети. Приходит первый попавшийся человек и говорит: «Вы мечтаете о такой-то и такой-то утопии? Единственный способ достигнуть ее – это сделать так-то и так-то». И никто даже не задумывается, а начинают танцевать так, как им заиграют.

На лице Мейсона отражался все больший интерес.

– Мне нужно будет, наверное, поговорить с этим мистером Бартслером, – заявил он. – Но перейдем к вашим личным неприятностям.

– Во всем виноват Карл Фрэтч.

Это он…

– Не так быстро, – перебил Мейсон. – Я хотел бы услышать все по порядку. Кто такой Карл Фрэтч?

– Сын миссис Бартслер от первого брака, распущенный до мозга костей мелкий негодяй. Но это проявляется только тогда, когда с него спадает маска. Он воображает, что станет великим актером. Ходит на курсы и ни о чем другом не может разговаривать. Всю жизнь у него было все, о чем бы он ни пожелал, и в результате он приобрел внешний лоск. На первый взгляд видны только его манеры. В действительности это распущенный, эгоистичный, фальшивый мерзавец, без малейших угрызений совести.

– А миссис Бартслер? – спросил Мейсон.

– Выдра! – выразительно фыркнула Диана Рэджис.

– Я знаю, это во мне говорит раздражение, – сказала молодая женщина. – Но когда вы услышите, какой они выкинули со мной номер…

– Минуточку. Вначале приведем в порядок действующих лиц. Кто еще живет в этом доме?

– Фрэнк Гленмор, Карл Фрэтч, супруги Бартслер и домохозяйка, старая прислуга, которая находится в доме уже много лет. Орут на нее, как на ломовую лошадь, она глухая…

– Кто такой Гленмор?

– Насколько мне известно, он занимается управлением чужих шахт за определенный процент от каждой добытой тонны руды, доставленной на сталелитейный завод.

Это что-то вроде уполномоченного мистера Бартслера, с тех пор как у мистера Бартслера стало плохо со зрением. Предполагаю, что он получает половину прибыли с некоторых его предприятий. Это человек, которого нельзя не любить. Он очень справедливый, всегда готов выслушать мнение других. Я ему очень симпатизирую.