Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2

Молчание длилось долго, потом Мейсон спросил:

– После вы вернулись в этот дом?

– Нет… Мы боялись, что нам дадут пинка за эксперимент с уколом. Марта посадила меня на электричку, я поехал в Лос-Анджелес, и мы договорились, что на другой вечер встретимся там в отеле. Она даже сняла номер, зарегистрировалась, как положено, но не ночевала. Я пришел, проболтался там часа три, но она так и не появилась.

– И вы не вернулись за револьвером?

– Нет. Мы о нем вообще забыли. Когда была драка, я отшвырнул его в сторону, а потом уже было не до него.

– В домик вы не заходили?

– Зачем? Увидели, что машины Хардисти нет, бросили лопату и сами драпанули.

– Вы так тщательно собирали осколки от очков, а про оружие и не вспомнили?

– Так бывает, стоит чему-нибудь разбиться, и ты сразу начинаешь подбирать осколки, не думая ни о чем. Так поступила и Марта.

– Значит, собирала осколки она?

– Сначала она, потом я помогал. Сложил их в карман.

– Вы читаете газеты, знаете, что револьвер найден?

– Конечно. И Марта держала меня в курсе дела. Странно, почему она никому из вас не рассказала.

– Где вы работаете? – спросил Мейсон.

– Компания «Гаррет», что-то вроде сторожа… Уже полгода.

– Вы читали об обнаружении в домике тела Хардисти?

– Оно уже было там, когда вы вернулись из туннеля?

– Откуда я знаю! Машина исчезла, а значит, и он. И ноги у меня закоченели, и надоело все это.

– Ясно. А где Марта раздобыла препарат?

– Через миссис Хардисти, у ее доктора. Уж что она ему плела, бог знает… А про деньги она пронюхала, когда старик говорил по телефону со своим банком в Роксбери.

– Вы никому не говорили? – спросил Мейсон.

– Никому. Пусть думает сама Марта, ей виднее.

– Надеюсь, Марта Стивенс скоро вернется. Вы вполне можете подождать ее здесь.

– Нет уж, увольте! Я не вошел бы в дом, если бы не увидел свет в ее окне. Вот бросил камешек – это наш сигнал… Нет, я лучше подожду ее внизу.

Делла закрыла блокнот и посмотрела на Мейсона, тот еле заметно покачал головой.

Они все вместе вышли из дома.

– Доброй ночи! – сказал адвокат.

Оставшись с Деллой, Мейсон подытожил:

– Миссис Хардисти попадает из огня да в полымя. Ее револьвер, скополамин… Хуже не придумаешь.

– Вы теперь знаете, как все было на самом деле?

– Меня беспокоит красная глина на брюках Хардисти. Значит, он все-таки был в туннеле. И кто-то ведь снял с него ботинки, вычистил их. А про брюки забыл.

– Значит, Смилей лгал?

– Или же говорил святую правду, – вздохнул адвокат.

Когда на следующее утро Мак-Ниир занял свое место, он чуть не лопался от самодовольства.

До отказа набитый зал глухо гудел. Неожиданно вошел сам окружной прокурор, Гамильтон Бергер, каждое движение которого напоминало озлобленного бульдога.