Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Да, наверху во всех отношениях лучше, но напиваться сейчас нам нельзя. Это будет сразу и трусостью, и глупостью.

– Отлично, – мотнул головой Арно, – да здравствует храбрость, особенно моя! Рокэ как-то сказал, что дружба дохнет от незаданных вопросов и прочей тактичности.

– Очень похоже на правду. Тебя, наверное, все еще занимает происшествие на пруду?

– Угу… – Да не занимает его ничего, наоборот, забыть бы все это, и в Торку! – Там на меня что-то вроде помрачения нашло. Ты в самом деле мной командовал?

– Где и когда? – К покойнику Придд подходить не стал.

Глянул издали, кивнул каким-то своим мыслям и двинулся к памятной по прошлому бдению лестнице. Арно с некоторым облегчением пошел рядом. Бояться он не боялся, но неприятно было, а куда денешься? Родственникам умерших положено бдеть, уклонись Валентин еще и от этого, кудахтанье поднялось бы до небес, хотя оно и так поднимется. Особенно если Лукас потащится в Старую Придду… Грозился ведь не оглядываться и не успокаиваться, пока не отыщет место, где ему, такому оскорбленному, начнут сочувствовать.

– А… – Странное дело, только без утопленника в церкви было страшнее. – Понимаешь, по льду я словно не сам шел, а шарахался, куда велено. Потом ты как-то сразу замолчал, и наваждение прошло. Оказалось, я уже возле самой полыньи с Лукасом. Вытаскивал и назад его волок я уже сам.

– Спасибо, что рассказал, – поблагодарил лучший друг и замолк. То ли обдумывал, то ли не хотел обсуждать на ходу. Чуть поскрипывали ступеньки, по дубовой резьбе скользили пятна света, и ужасно не хватало Ли с его ухмылочкой, хотя Ульрих-Бертольд тоже бы сгодился.

Арно представил сварливого воителя, сперва просто так, а затем выпроваживающего из Васспарда Альт-Гирке. Всех. Настроение несколько улучшилось, и корзинку на уже знакомую ножную скамеечку виконт водрузил во вполне терпимом расположении духа. Придд все еще мыслил, и Арно подошел к балюстраде. Внизу все было как в прошлый раз, разумеется, не считая водруженного прямо на родовой герб траурного сооружения. Соответствующего случаю гроба в Васспарде ожидаемо не оказалось.

Мастер просил на работу сутки, и Питера прямо на носилках водрузили на наскоро сколоченный и обтянутый лиловым бархатом постамент, из-под которого лезли извивающиеся мозаичные щупальца. С органного балкончика это напоминало эдакую перекошенную ромашку.

– Ты что-то заметил?

– Да нет… – виконт бросил на «ромашку» еще один взгляд и вернулся к успевшему зажечь свечи у пюпитра другу. – Мать сказала бы, что все очень мило.

– Графиня Савиньяк вызывает заслуженное восхищение.