Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Ясное дело, – папаша Симон отложил полотенце и принялся неторопливо соскабливать сургуч, – у нас солнца меньше, потому ягода в кислятину уходит, зато с нашей можжевеловой фрошерскому безобразию не сравниться.

– Что да, то да, – подтвердил Добряк, – плохо у них с можжевеловой. Господин Руперт небось патрули свои проверяет? В такую-то непогодь!

– Порядок блюсти нужно, – не упустил оказии порассуждать о порядке палач. – Сегодня господин полковник дома в снегопад останется, завтра капитан себя пожалеет, а потом безответственность и на нижних чинов перекинется.

Дескать, незачем мерзнуть, раз начальство у огня нежится, бдительность потеряют, а враг и подкрадется.

– Враг может, – поспешил вклиниться в рассуждения Юхан. – А вообще-то как у вас? Есть что новое?

– Господин фельдмаршал отъехали, – обрадовал собеседник и замолчал, сосредоточившись на открываемой бутыли. Главное шкипер, впрочем, уже усек: ничего сногсшибательного в Доннервальде не случилось, но запросто случится, если господин Фельсенбург изволят одуреть от аконских новостей.

– Господин Киппе, тут эти… – ражий малый в фартуке ввалился в комнату и с явным интересом уставился на бутыль.

 – Вчерашние которые пришли… Господина полковника спрашивают. Подать им чего?

– Подать, – решил палач, – того, что пожелают. Господин полковник как освободится, так и будет.

Обладатель фартука облизнул глазами чужое пойло и исчез. Папаша Симон неторопливо расставил стаканы и объяснил:

– Из самого Штарквинда прибыли, от старой герцогини.

– Не скажу, но просто так по нынешним временам серьезного человека не погонят, да и письма из дому господин полковник недавно получили, эстафетой фельдмаршальской.

Если вы с чем срочным, лучше б вам господина Руперта у «Зеленой иволги» перехватить, а посидеть и потом можно.

– Угу, – кивнул шкипер, берясь за плащ, – так и сделаю.

На «серьезного человека» Добряк, естественно, глянул. Тот вовсю угощался в малом зальчике у окна и глазами по сторонам особо не зыркал. По одежке выходил из благородных, но на щеголя не тянул, на вояку тем более. Секретаришка, надо думать, и вряд ли дурак, дураков старая Элиза отродясь не приваживала.

Шкипер чин-чином продефилировал мимо молодого человека, выбрался на улицу и, пригибаясь – мело, как на самом Агмарене, – двинул к «Зеленой иволге».

Ему повезло, Фельсенбург с парой «рыжиков» как раз выходили из-за угла, так что столкнулись у самого входа в заведение.

– День добрый, господин полковник, – хорошо, при людях встретиться вышло, можно потянуть да понюхать. – Вот, прогуляться решил, ноги затекли. А вас ждут…

– Знаю, – Фельсенбург покосился на «Иволгу» и с ходу решил: – зайдем. Выпьем за возвращение.