Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Да, я намекаю и с любопытством жду результата своих намеков.

– Я начинаю привыкать к хорошему шадди, – чашечку Валентин взял, не глядя. – О золоте Манлия и о том, что граф Савиньяк поручил мне его найти, вы знаете. Что ж, оно найдено, остается извлечь клад, не привлекая внимания. Удобнее всего совместить вскрытие тайника с обновлением храма, под которым он находится. Недавние события, при всей их омерзительности, эту задачу существенно облегчают: переделки, желая перевернуть неприятную страницу, затевают многие. По совету графини Савиньяк я объявил о приглашении архитектора из Валмона, причем архитектор мне нужен в самом деле.

– Архитектор у папеньки имеется, – Валме с удовольствием отхлебнул из доставшейся ему чашечки, – ручной и разумный, вот только надо ли доставать золото прямо сейчас? Я, конечно, не Манрик, однако финансовое положение Талига мне не кажется настолько скверным, чтобы губить легенду, к тому же золото Манлия очень кстати стало золотом Приддов. Клад, укрытый вашими предками, вне всякого сомнения, принадлежит вам, тем более что наследники Манлия успели отложиться от империи, которая в свою очередь успела распасться.

Единственный, кто мог бы оспорить ваше право, – это капитан Арамона, но он, хоть и нашел ценности, сделал это незаконно, причем дважды, поэтому он тоже не считается.

– Вы проводите много времени в обществе мэтра Инголса? – второй раз кряду вывернулся Спрут. – Надеюсь, он не слишком занят. Я бы хотел переговорить с ним до отъезда.

– Когда вы, кстати, едете?

– Зависит от ряда обстоятельств, но, если не произойдет ничего непредвиденного, не позднее чем через неделю.

– Арно до мистерии не отпустят, а она назначена на последний день месяца.

– Простите, вы имеете в виду именно мистерию?

– Герцогине не нравится это слово, хотя задуманное действо, по сути, и есть усеченная мистерия. Устроители не нанимают танцоров и не заказывают музыку, но стриженая овца остается овцой. Впрочем, со стороны действо при всей своей старомодности должно выглядеть забавно.

– Вы намекаете на алисианские «Времена года»? Я о них слышал.

– А теперь увидите. Между нами говоря, Старая Придда на глазах погружается в пучину былого. Это несколько раздражает, впрочем, некоторые находят в минувшем ту же странную приятность, что и в несбывшемся.

Особенно если несбывшееся задним числом возведено в загубленное некими злодеями. Герцог Эпинэ был четырежды прав, покинув возрождающийся двор.

– Прошу меня простить, но двор, на ваш взгляд, именно возрождается? – Придд пил шадди на кэналлийский манер. Адуан бы сказал, что не закусывая, но адуаны пьют не шадди.

– Сложный вопрос, – Марсель покосился на Котика, тот вздохнул, он хотел к столу. – И философский. Допустим, вам надо возродить разбитую вазу.