Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Ум человеческий, по простонародному выражению, не пророк, а угадчик, он видит общий ход вещей и может выводить из оного глубокие предположения, часто оправданные временем, но невозможно ему предвидеть случая – мощного, мгновенного орудия провидения.

Западная Придда. Васспард

Зайцы есть зайцы, пусть четырежды шляпные: когда улепетывают, ни вперед, ни по сторонам не глядят, эти тоже не глядели, вот и выскочили на «фульгатов». Полковник, больше похожий на секретаря значительной персоны, парочка штабных капитанов, с полдюжины солдат и столько же лакеев, один из которых оказался очень разговорчивым.

– Не полковник они, – разорялся все еще смазливый малый лет тридцати. – Перевязь нацепили, только по закону их не производили. Жалованье задерживают, от себя не отпускают, и Заль такой же, а мы честные олларианцы и изменять не хотим. Было б можно, ушли, только опасно, да и стыдно за полгода безупречной-то службы с пустыми руками домой… Сколько раз спрашивали, а нам посулы напополам с зуботычинами. Нехорошо!

– Нехорошо, – согласился Лионель, проглядывая отобранные бумаги, которых оказалось на удивление много.

 – Настоящий полковник так никогда бы не поступил.

– У меня не было выбора, – с неожиданным достоинством возразил до того молчавший трофей. – Господин маршал, могу я просить вас о разговоре наедине? Очень кратком.

– Будь по-вашему, – согласился Ли, в ряде случаев полагавший присутствие охраны излишним. – Выйдите.

«Закатные твари» опасности для командующего не видели никакой и посему исчезли быстро и бесшумно, почти расточились, не забыв, однако, прихватить болтливого слугу и положенные за успешную охоту наградные.

– Благодарю вас, господин маршал, – проникновенно поблагодарил пленный. – Признаться, я в первый раз за полтора года спокойно усну.

– Рад за вас, – довольно-таки сухо откликнулся маршал, разглядывая собеседника, по которому плакала если не тессория, то геренция, – но это ничего не значит. Что вы хотите сказать?

– Показать. Мне надо предъявить одну вещь, и это не кинжал.

– Разумеется. Оружия вам не оставили. В отличие от тех драгоценностей, что были на вас.

– Вы правы, это браслет, – полковник стащил с руки скромный золотой обруч.

 – Надпись на внутренней стороне. Я объясню, что она значит.

– Не стоит, – капитан королевской охраны по долгу службы знаком и не с такими сувенирами. – Сильвестр мертв второй год, а былые заслуги, даже если они имелись, легко перечеркиваются последующим предательством.

– Вы правы. Я получил этот пропуск по вступлении в должность начальника канцелярии губернатора Эпинэ, каковым тогда являлся маркиз Сабве…

– На которого, – доброжелательно подсказал Лионель, – вы доносили его высокопреосвященству.