Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

И это для нее будет справедливым, а для ее величества справедливым было, чтобы не казнили тех, кто поднял восстание в Эпинэ, потому что виноваты не они, а те, кто их довел. И когда у ее величества начинались неприятности, она не думала, что это несправедливо, потому что другим было хуже. Понимаешь, королева с королем отвечают за всё, что делается в стране, зато бабушка…

– Сэль, ты какую-то чушь несешь! Это как… мешать варенье с гнилой капустой.

– Не мешать, а сравнивать. Если тебе так проще, то одни думают, что Создатель – это гнилая капуста, а другие – что варенье.

И неважно, что на севере варенье варят из яблок и смородины, а на юге из абрикосов, главное, что оно варенье. С эсператизмом и олларианством так же. Для хорошего человека Создатель будет вареньем, но он не станет заставлять других его есть, будет только угощать. Зато скверный примется свою капусту насильно пихать другим в горло. Теперь понял?

– Наверное, я плохо объясняю.

– Подруга говорит, – не выдержала Мэллит, – что хорошее может зваться по-разному, но быть схожим, как и дурное. Ты видел злых, живущих рядом, и добрых, приходящих издалека.

Неужели тебя бы опечалил союз Сэль и нареченного Рупертом?

– Нет, конечно! Это же совсем другое…

– Но не из-за Создателя. И вообще с дриксами мы воевали больше, чем с гаунау. – Сэль повернулась, чтобы посмотреть на часы, она ждала конца разговора. – Тебе просто не нравится, что я выхожу за его величество, вот ты и выдумываешь.

– Да, – брат шагнул к сестре, теперь они стояли совсем рядом, – не нравится! И вообще хватит врать, я понял, почему ты уперлась! То есть вспомнил, что тебе говорил отец, когда мы почти доехали… Ты ему обещала короля, но ведь это же глупость какая-то!

– Вот и молодец, что понял! Может, ты еще расскажешь, с чего бросился защищать господина фок Глауберозе, когда у тебя был приказ твоего маршала – удирать? Тоже ведь глупость!

– Сэль, это же совсем…

– Другое, да? – руки подруги сжали кота, и тот недовольно, но уместно закричал.

 – Ты хочешь стать, как монсеньор Рокэ, ну так научись не врать себе и не передергивать… Это мужское слово, ты его еще, наверное, не знаешь, я его слышала от господина Валме. Маршал!

Удержать черно-белого, когда он стремился прочь, не мог никто.

Быстрый, он извернулся и вырвался, упав на пол меж сестрой и братом. И тут же забили часы.

– Герард, – торопливо заговорила Сэль, – если ты начнешь глупить, я скажу полковнику Лауэншельду, чтоб тебя куда-нибудь заперли и не выпускали до утра. Маршала тоже лучше запереть… Мелхен, ты видела, куда он полез?

– Под кресло. – Нужно было говорить, чтобы не заговорил Герард, и Мэллит улыбнулась. – Если твоего брата запрут, нужно, чтобы ему принесли запеченного мяса в соусе из красных ягод.