Блог демона Шаакси, или адская работёнка

Всё и так, как любят писать в статусах мои потенциальные клиентки, сложно.

Уже вот две тысячи лет как.

— Ну слушай, — сказал я вместо того, — ты не понимаешь, что значит быть демоном.

— Правда? — приподняла она бровь. — То есть, всю эту ерунду про искушение, ходячее воплощение порока, продажу души, пентаграммы, одержимость и прочие прелести придумали просто для красного словца?

— Да как тебе сказать… А вам что, не проводили никаких кратких экскурсов на заданную тему? Не знаю. Семинары повышения квалификации, ангельские супер-курсы на тему “Демон. Что такое и как устроен” и вот это вот всё?

На её лице не дрогнул ни единый мускул, но рассматривать всякое разное и интересное, что шевелится под поверхностью — моя работа.

И, скажу вам, там много чего шевелилось.

— Я слишком молода, чтобы знать многое о демонах, их природе и привычках, — сказала она. — Из так называемых лекций я уяснила, что вы — скверна, отравляющая своим присутствием человеческую жизнь. И дела, которыми мне доводилось заниматься, только подтверждают это правило, если быть откровенной.

— Ты всегда работала над случаями вроде тех культистов?

Она чуть раздражённо повела плечами, взяла на руки весьма довольного таким жизненным поворотом Гектора и устроилась на подоконнике, как раз между несколькими грязными тарелками и старинными фолиантами неимоверной ценности.

— На самом деле, мне действительно доставались, скажем так, довольно экстремальные дела, — признала она, — дела, в которых демоны — и люди, которые им поклоняются — выглядели монстрами. И настигать их, равно как и уничтожать, было вполне закономерно. Но я при этом вполне отдаю себе отчёт, что это скорее специфика работы, чем нечто иное. И, послушав ваше с Вафаэлем мирное воркование, равно как и посмотрев на тебя поближе, я… Скажем, хочу узнать больше.

— Ну да, — пожал я плечами, — не хочу тебя расстраивать, но фанатики встречаются и по ту, и по эту сторону. Больше скажу, у наших тоже есть всякие там специальные отряды, прямая обязанность которых — утихомиривать ваших психов. И уверен, ребята, которые там служат, считают всех поголовно светлых безумными тварями.

Она вскинулась.

— Наших психов? Извини, но мне сложно вообразить, что это бывает…

— Не хочу тебя расстраивать, но сплошь и рядом. Возможно, тебе не вполне знакома эта концепция, но любая крайность по сути своей штука весьма нездравая. А уж крайность воинствующая — всегда чудовище, какого цвета крылышками она бы ни размахивала в итоге. И за какие бы идеи ни воевала.

Она смотрела скептически и недоверчиво, и я понял, что нам предстоит разговор о сущности добра и зла.