Вирус тьмы, или Посланник

Он был вооружен двуствольным автоматом того же типа, что и Машив, свое копье он уронил после выстрела во время последнего боя с вильерами.

Ждали долго — минут сорок, час, полтора, разглядывая с высоты плохо освещенный город. Даже в темноте было видно, что он накрыт коричнево-серой дымкой смога. Наконец и Такэда стал проявлять признаки нетерпения.

— Что-то случилось. Надо искать станцию и уходить самим.

— Прежде надо отыскать Машива.

— А если он попал в засаду? Нет, Кит, тебе рисковать нельзя, нарвешься на случайный выстрел…

— Типун тебе на язык! — Никита глянул на перстень: в камне помаргивал желтый крестик.

 — «Свитой Сатаны» здесь пока не пахнет, а с вильерами мы с Божьей помощью справимся.

— Тогда я иду первым.

Такэда перекинул ногу через перила и стал спускаться по лестнице на нижнюю крышу, покрытую каким-то темным материалом, вроде засохшего клея.

Вскоре они нашли невысокую пирамиду выхода на крышу с открытой дверью. Из глубины здания просачивались сюда тихие отголоски чужой жизни и тусклый желтый свет.

— Там нас ждут, — уверенно сказал Толя на ухо танцору. — Слышишь звуки? Кто-то ходит и разговаривает.

— «Смутный шорох тысячи смертей», — прошептал в ответ Сухов.

— Ни о чем, это Заболоцкий. Другого пути вниз все равно нет.

Толя проверил готовность своей доисторической «двустволки» к бою и бесшумно нырнул в пирамидальную будку, нащупывая ступени. Никита глубоко вздохнул, чувствуя возбуждение, нетерпение и дрожь в руках, перехватил удобнее вардзуни и последовал за инженером.

Лестница, закрученная спиралью, по мере их продвижения делалась все светлей, пока наконец не показался участок коридора с грязно-зелеными, в пятнах копоти, стенами и черным блестящим полом, в котором отражался светильник в форме трезубца.

Такэда поднял руку, Сухов замер. Он тоже разглядел то, что увидел Толя: в полу отражалась часть другого коридора и за углом — неподвижная фигура в глянцево-синих доспехах. Судя по всему, здесь расположился пост вильеров из двух человек; было слышно, как они изредка переговариваются. Некоторое время Никита прислушивался, потом вплотную приблизил губы к уху инженера.

— Их всего двое, нас не ждут. Машив схвачен, но нас не выдал.

Такэда ткнул пальцем вниз и погладил свой автомат.

Никита отрицательно качнул головой, взвесив в руке вардзуни.

— Твоя пушка наделает грохота, а копье работает бесшумно. Прикроешь, если что.

Последние ступеньки Сухов преодолел в два прыжка, соскочил на пол (блестящая черная поверхность оказалась пленкой какой-то жидкости), мгновенно оценил ситуацию и выстрелил. Голубой извилистый ручей разряда прошелся по рукам одного вильера и уничтожил автомат другого. Руку Сухова свело, но вардзуни он не выпустил.